Шрифт:
Я не особо верил, но подозреваю, что если вести себя тихо, то в такой глуши нас найдут очень нескоро.
Просто нужно на всякий случай иметь достаточно пси для экстренной телепортации через лабиринт-стену.
Сейчас энергии накопилось уже достаточно, чтобы улететь на землю… но я всё так же опасался. Сколько каких-то фокусов в рукаве может быть у хаосита?
Но когда я обратился к Деоксу за помощью, он только отчитал меня как мальчишку.
Потерять такого ценного пленного не хотелось. Это же актив. Раз уж Система расстаралась, чтобы я его заполучил, значит есть в его черепной коробке что-то действительно важное.
Надеюсь только, что я это не выломал.
После этого короткого и вроде бы пустого разговора, настроение было хуже некуда. Можно сколько угодно верить в себя, в Систему, в правильность выбранного курса действий…
Но когда узнаёшь что даже близкие, те кто вроде как на твоей стороне, воспринимают это всё как…
Факты — это мелочь. Они становятся кирпичами, из которых складывается история. Они незыблемы и едины для всех, потому что мир в котором мы живём — последствие всего того, что фактически произошло. Фактически — то есть на самом деле, а не в чьём-то воображении.
Но мне, как новорождённому псионику, было очень понятно, что люди не хотят жить в квартире и видеть кирпичи. Они хотят видеть штукатурку, обои, красивые полочки и фотографии, повешенные на стены. Голая, непредвзятая реальность вызывает по меньшей мере… дискомфорт у любого разумного.
Нам свойственно сглаживать углы, подгонять свою реальность под какой-то более простой и логичный порядок. Прощать. Выдумывать. Верить.
В Бога, в Богов. В непогрешимость науки или своего плана на жизнь. В кумиров, в идеалы и идеологии… В добро и зло. В прошлое и будущее.
Мало кто готов в этом признаться, но мы любим свои обои и ненавидим стены. Потому что первые — красивые и складные, а вторые — только ограничивают.
И можно быть хоть трижды псиоником, но я ровно такой же.
Каково мне жить, зная что я могу поставить хоть тысячу полезных "кирпичей", сделав что-то важное, но для всех, даже самых близких, останусь плохим?
Не знаю, где там Системный монстр Кот, но пора вспомнить то, что я говорил ему.
Ты не проиграл, пока не предал себя.
Кот умудрился даже умереть, но не проиграть.
— Я всё подготовил. Все ребята в сумке. Сможешь одного меня с сумкой выдернуть к себе? — совершенно неожиданно вторгся в мои размышления Деокс.
— Смогу.
Глава 29. Сгибатель
Легко сказать!
Трижды моя попытка проваливалась, к счастью, почти без затрат энергии и без риска для транспортируемых. Я попросту не мог ухватиться за материю на том конце. С восприятием пространства через телепатию я уже как-то натаскался, то вот с материей — пока что глуховато.
Ну и, пожалуй, могло бы получиться и со второго раза, а не с четвёртого. Но я немного перестраховывался.
Наконец, Деокс возник прямо рядом с нами, во плоти. Весь вспотевший от напряжения, видимо ему мои манипуляции тоже дались не сильно легко.
Здорово помог, кстати, мало опробованный навык Проницатель. Без него я бы вряд ли мог так хорошо прочувствовать то, что было на другом конце.
Но и так, в результате, телепортация одного человека (с сумкой, что важно!) к себе издалека обошлась мне почти в полторы тысячи. И чуть больше получаса времени было потрачено.
Он коротко огляделся по сторонам, встретился со мной глазами, коротко кивнул и немного успокоился.
Уселся на землю и стал выгружать товарищей.
Рюу, Марк, Ким, Виктор… Кадир. Вот последнего я совсем не ожидал увидеть.
Теперь таким же макаром оглядывался уже не один, а все шестеро.
— А ты тут какими судьбами?
— Ты шутишь что ли? Новый мир! И я в числе первых!
— Да нет, тебя же не было на базе? Ты же улетел?
Остальные сдержано похихикали, глядя на меня, как на дурачка.
— Ты бы из берлоги своей почаще выходил, друг, — произнёс Рюу, — может замечал бы, что вообще происходит. Он же биохимик. Как увидел эксперименты Виктора, так и всё. Прописался на базе нашей.
— А кто будет нашим безымянным братством управлять тогда?
— А нахрена оно нужно? К разведданным доступа у молодых ребят ноль. А что тебя везде ненавидят — мы и так знаем. Перевёл в режим… спящих ячеек, можно сказать. Рассказал что видел.
— Как?
— Ты малую телепатию кому брал?