Скорее, она пыталась разобраться как в принципе эффективней работать с неодарёнными.

И разобралась.

И теперь этих троих неудачников она воспринимала как способ потренироваться без особых моральных терзаний.

Когда Ольга почувствовала, что в неё тонкой струйкой начинает вливаться чужая жизненная энергия, она готова была плясать от радости.

И только беспокойство за Алину не давало ей полностью сосредоточиться на процессе.

К счастью, с ними был Арчи.

И как его хозяйка, Ольга гораздо лучше понимала, на что он на самом деле способен.

Она и сдерживала-то его только потому, что знала: ревенант вполне способен не то что покалечить, но даже убить. Во всяком случае, простого человека.

Так что просто отправить его бесконтрольно атаковать это было бы неправильно даже против таких ублюдков, как эти.

Не оставлять за собой следов она, подобно Максу, пока не умела.

Так что Арчи пока просто загородил собой Алину, не давая лысому к ней приблизиться.

Гопника это, правда, не впечатлило. Ему казалось, что такую собачонку достаточно только пнуть, и она улетит.

Что он и попытался сделать.

— Снимите его! Снимите, кто-нибудь! А-а-а-а!!! — громкий крик пронёсся эхом между домами.

Из окон стали выглядывать жители общаги, чтобы тут же спрятаться обратно. Вступаться за девушек никто не собирался. Не повезло, ну что же… бывает.

Никто из них так и не понял причины крика.

Пёс преодолел отделявшее его от гопника расстояние и сомкнул зубы прямиком на его ширинке.

— Больноооо! — выдал тот фальцетом.

Арчи вцепился словно бульдог и решительно не собирался отпускать свою жертву.

Но лидер оказался не способен даже повернуть голову. Он словно лягушка варился на медленном огне, не понимая, что с ним происходит.

Почему он не чувствует, боли, да и вообще никаких неприятных симптомов.

И в то же время силы стремительно покидают его тело.

При этом, звать на помощь он не спешил, ведь это значило, что с ним сейчас справится обычная тёлка!

Так что на помощь лысому поспешил третий.

Он пару раз попытался пнуть надоедливого пса, но тот каждый раз так изворачивался, что вместо этого, горе-помощник попадал по своему собственному другу.

Чем делал его положение ещё более бедственным.

Единственная, кто была ничем не занята в этом странном замесе, оставалась Алина. Но и у неё в моменте что-то перемкнуло, и она с бешеными глазами рванула помогать Ольге.

— Стой! — не выдержала Рихтер, — не надо!

Но было поздно, Алина буквально отодрала лидера гопников от подруги.

Изрядно ослабевший он уже еле держался на ногах. Но сдаваться всё ещё не хотел. Однако всё, что ему удалось, это качнуться в сторону Ольги и пасть к её ногам.

Во всех смыслах.

— Как… что ты… — удивилась Алина.

Но её прервал дикий крик третьего гопника.

Арчи всё-таки выплюнул лысого, но при этом вцепился в ногу, которой его пытались ударить, и вырвал из неё кусок мяса

Третий же в ужасе уставился на свою голень, из которой теперь бил настоящий кровавый фонтан. А потом отчаянно принялся зажимать рану ладонями.

— Вот чёрт! — выругалась Ольга и поспешила к нему.

Убивать гадов она всё-таки не хотела. А от такого кровотечения он точно скоро окочурится.

Так что она в отчаянии схватила кусок мяса и приложила его обратно.

В эту секунду Ольга забыла о любой брезгливости и была исключительно врачом.

Вспомнив, как ещё недавно они делали гончих, Рихтер вызвала теневой сшиватель и остановила подонку кровь.

Тот всё это время смотрел на неё расширенными от ужаса глазами и продолжал орать. Но сопротивляться уже даже не думал.

Лысый же сидел под присмотром Арчи и даже боялся дышать.

— Можно я пойду? — скулил он, — пожалуйста, я больше никогда никого не обижу…

Но отвечать она и не подумала.

А вот довести свой эксперимент с выкачкой энергии до конца, ей хотелось очень сильно.

Так что через минуту рядом лежало целых два гопника в отрубе.

И ещё один, сидел по центру с максимально тупым выражением лица и, покачиваясь, обнимал себя за колени.

Рихтер подошла к изрядно охреневшей Алине и шепнула ей на ухо:

— Попробуй выкачать из него энергию. Как в клинике.

Та уже вернулась в своё обычное нервное состояние, и теперь испуганно смотрела на Ольгу, словно видела её в первый раз.