— Презерватив? — спросил он.

Я покачала головой и почувствовала его усмешку. Мы с Сайласом никогда не пользовались презервативами. Он был единственным мужчиной, которому я когда-либо позволяла быть внутри себя без защиты. Некоторые мои бойфренды, включая Уэса, просили, но я всегда отказывалась. Несмотря на то, что я принимала противозачаточные таблетки, мне требовался этот барьер.

Но не с Сайласом.

Я не хотела, чтобы между нами что-то было.

Он прижал свой член к моей щели и начал дразнить меня, скользя вверх и вниз по моей влажности. Когда он задел клитор, я застонала и приподняла бедра навстречу ему.

— Пожалуйста, малыш.

— Чего ты хочешь, Лис? — прошептал он.

— Тебя. Я хочу тебя.

Одним сильным толчком он вошел в меня до основания.

— Черт, — простонал он, когда я вскрикнула.

Я закрыла глаза, растягиваясь вокруг него. Он полностью заполнил меня. Идеально. Я задрожала вокруг него и приподняла бедра, побуждая его двигаться.

Когда он этого не сделал, я открыла глаза. Он смотрел на меня сверху вниз. Интенсивность его взгляда и серьезность его лица удивили меня. Я поднесла руку к его щеке и погладила щетину большим пальцем.

— Что не так? — спросила я.

— Ничего. — Его взгляд смягчился. — Я просто хочу запомнить, как ты сегодня выглядишь. Ты такая красивая, Лис. И вся моя.

Мое сердце подскочило к горлу, и я сделала неровный вдох.

— Сайлас, — выдавила я. Я не знала, что еще сказать. Это была самая милая вещь, которую я слышала за долгое-долгое время.

Он прижался своим лбом к моему и медленно вытащил член, остановившись, когда кончик едва оказался внутри. Я застонала от потери и снова приподняла бедра. Мои руки скользнули по его бокам, и его мышцы напряглись, когда он скользнул обратно внутрь, дюйм за дюймом.

Когда он снова полностью заполнил меня, он поднял голову и посмотрел мне в глаза.

— Готова?

Я кивнула. Да, я была готова. Более чем готова.

Он в одно мгновение перешел от медленных, сдержанных скольжений к мощным, неистовым толчкам.

— Сайлас, — выдохнула я. Мои ноги задрожали, когда он прижал их к бокам. Он двигал своими мускулистыми бедрами и членом, посылая меня все выше и выше с каждым мощным толчком.

С приливом жара я застонала и откинула голову назад на подушку.

— Я кон… — Прежде чем я смогла закончить предложение, мой оргазм достиг пика, и я взорвалась вокруг Сайласа, пульсируя и сжимая его, когда он захлестнул меня. Каждый мускул дрожал, когда мой долгий и сильный оргазм сделал меня совершенно беспомощной.

— Лис. — Его голос был грубым и на взводе. Я как раз кончала, когда его толчки потеряли всякий контроль. Толкаясь в меня, я открыла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как напряглась шея Сайласа. Его горячее высвобождение разлилось внутри меня.

Его потная грудь прижалась к моей, и мы крепко прижались друг к другу, тяжело дыша, пока наши сердца колотились между нами.

Лежать после секса с Сайласом было почти так же хорошо, как и сам секс. Почти.

Мне нравилось, что он ложился на меня сразу после того, как мы кончали, и наши совместные сердцебиения барабанили между нами. Ритм резонировал по моим рукам до кончиков пальцев и вниз по ногам до кончиков пальцев ног. Это было так, как будто мое тело говорило: «Вот это. Это правильно».

Мои глаза закрылись, когда я наслаждалась близостью и связью. Он был тяжелым и не задержался бы здесь надолго, ровно настолько, чтобы дать мне то, что я хотела.

— Ты в порядке? — спросил он в мои волосы.

Я замурлыкала и обхватила ногами его бедра, притягивая его глубже.

Он приподнялся на локте, убирая волосы, упавшие мне на лоб.

— Лис?

— Да?

— Мне нужно спросить тебя кое о чем важном.

Мои глаза распахнулись, и я поискала в его глазах признак чего-нибудь плохого. Но они были полны счастья, тепла и света.

— Что?

— Ты выбросила все печенье?

Я хихикнула.

— Там, наверное, осталась парочка.

— Хорошо. Я голоден. — Он выскользнул из меня и скатился с кровати.

Одной рукой он поднял и меня тоже. Он наклонился и схватил свою рубашку, встряхивая ее, прежде чем натянуть ее через мою голову. Пока я просовывала руки в рукава, он влез в джинсы, оставив пряжку ремня висеть, а верхнюю пуговицу расстегнутой. Я могла видеть легкую поросль волос у застежки-молнии, которая поднималась к пупку.