Она резко села… слишком резко. Прилив крови к голове вынудил её лечь, от опасения снова потерять сознание.

Она была жива. Она была жива и всё ещё находилась в куполе. Её подсознание распознало жизнь, и теперь остальная часть её существа тоже признавала.

Она поудобнее приподнялась на локтях и оглядела комнату. Калеба нигде не было видно. Никаких признаков чего-либо. Она перевернулась на бок и поморщилась. Сгибание запястья привлекло её внимание к боли. Она осторожно приняла сидячее положение и осмотрела рану.

Последнее, что она помнила, это как сжимала его руку.

Тошнота скрутила низ её живота.

Она ошиблась о влюбленности в него. Он укусил, и они подошли к Краю. Они подошли к Краю, и только она смогла вернуться. Но у неё наверняка остались бы воспоминания об этом. Наверняка было бы что-нибудь.

Она приподнялась на колени, потратив мгновение на то, чтобы восстановить равновесие.

Ей нужно было знать, где он. Ей нужно было увидеть его.

Чёрт возьми, ей нужно было знать, что с ним всё в порядке.

Она выглянула из купола, и её внимание привлекло движение на дальней стороне крыши. Три фигуры.

Калеб. Она мгновенно сосредоточилась на нём, все остальные отошли на второй план. Он был там. Живой.

Живой и с Фейнит.

Она перевела дыхание, её сердце бешено колотилось.

Он принял ровно столько, чтобы она потеряла сознание. Она вызвала у него подозрения. Он не доверял ей. Он заподозрил, что она что-то замышляет. И он позвонил Фейнит.

Она присела. Он собрал аудиторию. Он ещё даже не начинал. Это всё ещё может произойти.

Калеб направился обратно к куполу, его характерные лёгкие шаги нервировали её. Фейнит следовала позади, её телохранитель — за ней.

Но Фейнит увидит раны на её шее. Фейнит узнает, что Калеб питался от неё. Она узнает кто он такой. Если только он не солгал о знании Фейнит. Если только её подозрения не были верны.

Её сердце забилось сильнее.

Калеб хотел, чтобы она знала. И почему бы ему этого не хотеть? Почему бы ему не захотеть, чтобы жаждущая власти любовь всей его жизни знала, сколько власти будет у него в мизинце?

И когда, если Лейла убьёт его, Фейнит будет стоять рядом и наблюдать. Фейнит впоследствии убьёт её в отместку.

Открылась дверь и сжалась на кровати. Она замерла, когда Калеб вошёл внутрь и быстро окинул её взглядом. Даже мимолетный зрительный контакт заставил её пульс участиться.

Фейнит последовала за ним внутрь, телохранитель остался снаружи.

Её большие серые глаза расширились, когда она сердито посмотрела на Лейлу свысока. Она сделала несколько шагов ближе, пока не оказалась на верхней ступеньке, нависая над ней. Она прищурилась, увидев раны на шее Лейлы, затем резко повернула голову в сторону Калеба.

— Что это?

— На что это похоже?

— Ты её кому-то скармливал? — она повернулась к нему лицом. — Я же говорила тебе, что её нужно сохранить. Не использовать для твоих личных наказаний. Каждая капля её крови…

— Я её никому не скармливал. Я сам кормился.

Фейнит уставилась на него.

— Ты? Это невозможно, — сказал Фейнит. Она посмотрела на Лейлу, потом снова на Калеба. — Ты не можешь.

— Могу, если она больше не серрин.

Он знал. Её пульс участился. Откуда, чёрт возьми, он узнал? Должно быть, он почувствовал это именно так, как она и предполагала. Тогда во что же он играл?

Глаза Фейнит расширились, затем сузились.

— Это что, какая-то шутка, да? Какая-то игра?

— Боюсь, что нет. Не в этот раз. Она потеряла свой дар. Просто и незатейливо. То, что мы сейчас имеем здесь, это просто обычная маленькая ведьма.

Глаза Фейнит вспыхнули.

— Не будь таким смехотворным! Она не может его потерять.

— Очевидно, что может, — он скрестил руки на груди. — Но это всё моё роковое обаяние.

— О чём ты говоришь?

— Ты тоже не знала? Похоже, она совершила величайшее предательство серрин, пришла и влюбилась в меня, — он пожал плечами. — Очевидно, это может случиться.

У Лейлы кровь застыла в жилах.

Фейнит нахмурилась.

— Но это же нелепо! Она рождена ненавидеть наш вид точно так же, как мы инстинктивно презираем её. Серрин не может испытывать таких чувств ни к одному из нас. Не больше, чем мы можем что-либо чувствовать к одной из них. Такого никогда не было и никогда не будет.

— Может быть, тебе нужна демонстрация? — спросил Калеб, поглядывая на неё через плечо, пока спускался к ней по ступенькам.

И он подмигнул Лейле. Повернувшись к Фейнит спиной, он на самом деле подмигнул ей. Её сердце пропустило удар.