Он усмехается. — У меня действительно старомодные, негибкие представления о гендерных ролях. Но поверь мне, когда я говорю, что все это тебе на пользу. Теперь ты позволишь мне открыть для тебя дверь в чертов книжный магазин, или твое маленькое феминистское эго будет настаивать, чтобы мы поборолись за это на руках?

Я поднимаю нос вверх и вздергиваю подбородок. — Я бы не стала заниматься с тобой армрестлингом.

Я пыталась быть высокомерной и пренебрежительной, но он воспользовался возможностью моего отказа высказать свою точку зрения.

— Конечно, ты бы этого не сделала. Ты бы проиграла. Хочешь знать почему?

Понимая, к чему он клонит, я тяжело выдыхаю и закатываю глаза. — Потому что ты сильнее меня.

— Да. И это потому, что ...?

— Потому что ты мужчина, а я женщина.

— Правильно.

— Боже, ты заноза в заднице.

— Ты не первая женщина, которая говорит мне это.

— Я в шоке.

Он ухмыляется. Затем закрывает пассажирскую дверь и ведет меня в магазин, положив руку мне на поясницу.

Разговоры за столиками кафе смолкают, когда мы проходим мимо. Одна женщина смотрит на Паука с таким широко открытым ртом, что мне приходится подавить смешок.

Внутри мы осматриваем очаровательное пространство. С одной стороны магазина, у входа, есть небольшой кофейный прилавок и еще несколько маленьких столиков. Касса находится с другой стороны. За обоими рядами книжных полок тянутся до самой задней части здания.

Небеса.

— Могу я угостить тебя кофе, девочка?

— Конечно. Спасибо. Американо, без сахара и сливок.

Он морщит нос. Для такого мускулистого мачо это очаровательно. — В общем, горячая вода с бобами. Ты много времени провел в тюрьме?

—Хa. И спасибо, что оценили мой выбор напитков с кофеином. Ничего, если я немного осмотрю полки, прежде чем мы сядем?

—Конечно. Я догоню тебя. Его взгляд становится острее. — Не уходи слишком далеко.

Он стоит в очереди позади старика, тяжело опирающегося на трость, а я иду по главному проходу, пока не попадаю в секцию путешествий.

Я сворачиваю по проходу по наитию.

Он на удивление большой, с выбором всего: от путеводителей по Киото до спелеологических путеводителей по подводным пещерам Новой Зеландии.

Книги о России находятся в конце прохода.

Я листаю несколько из них, не зная, что ищу. Затем мое внимание привлекает большой красочный том на верхней полке. Он выделяется на несколько дюймов из остальных.

Решив, что я хотела бы взглянуть на него, я ставлю свой ноутбук на пол и беру стремянку на колесиках, которую кто-то оставил посреди стеллажа. Я пододвигаю ее, поднимаюсь на несколько ступенек и тянусь за книгой.

Я собираюсь вытащить её, когда другая рука протягивается и ложится на мою.

Она большая, мужская и покрыта татуировками.

Рука, к которой прикреплена кисть, одета в черное шерстяное пальто.

Резкий вдох, который я втягиваю в легкие, наполнен ароматом сосновых иголок.

Малек.

13

Райли

Я застываю на несколько мгновений, широко раскрыв глаза, глядя на его руку, накрывающую мою, и пытаясь не свалиться с лестницы от шока. Затем я шепчу: — Ты следил за мной?

Его ответ низкий и мгновенный. — Да.

—Ты наблюдаешь за мной?

—Да.

Святое дерьмо. Он наблюдал за мной. Как? Откуда?

Я тяжело сглатываю. Он стоит так близко позади меня, что я чувствую жар его тела. Он излучает его. Этот человек горит. Он сам себе пожар с пятью сигналами тревоги.

Я хочу спросить его, какого черта на нем черное шерстяное пальто, когда на улице 27 градусов тепла, но отвлекаюсь, когда он наклоняется ближе и прижимается губами к моему уху.

—Пойдем со мной сейчас, — настойчиво говорит он. — Я могу увести тебя от охраны. Я отвезу тебя в любую точку мира, куда ты захочешь. Ты можешь начать новую жизнь.

Прислушайтесь к визгу тормозов.

Черт. Я забыла. Он думает, что я плененная проститутка Деклана.

Поворачивая голову, чтобы посмотреть через плечо, я встречаюсь с ним взглядом. Его бледно-зеленые, ярко-пронзительные, сжигающие амбар дотла глаза.

Вау, это будет супер неловко. — Эм ... я не та, за кого ты меня принимаешь.