Оставаясь на месте у колонны сверкающей каменьями, продолжил искать глазами Румянцевых, хоть кого–то из них. После того, как император объявил о моём награждении, успокоился в этом вопросе, ибо не нужно никуда бежать и искать своего оппонента.

Он знает, что я прибыл. Однако стоит поторопиться с разрешением нашего спора.

Любуюсь с грустью, глядя на молодых людей, танцующих вальс. Британский принц Уильям и принцесса София, которые не отлипают друг от друга вот уже который час, безусловно смотрятся, как лучшая пара вечера. Их безупречными движениями, осанкой и светлыми, красивыми лицами можно только любоваться. А вместе с тем помечтать, что и мне посчастливится повести в танце возлюбленную.

В одиночестве побыть долго не дали. Слуг в расчёт не беру, эти вьются, вылавливая каждый пунктик на лице и стремясь угодить.

Пожилая маркиза из Франции, похожая на мужчину, подкрадывалась ко мне на протяжении минут десяти, обмениваясь светскими разговорами о впечатлениях от Иркутска и дворца со всеми подряд.

— А ви, я полагаю, князь Сабуров, — произнесла с акцентом пожилая француженка, заводя разговор.

Повернулся, представился, как полагается. Она представилась в ответ, хотя я уже слышал, когда император к ней подходил.

— Я знала вашу матушку и вашего отца. Она была любящей и заботливой матерью, а он мужчиной, полным мужества и отваги. Соболезную утрате, князь.

— Спасибо.

— Насколько я осведомилась, — начала женщина уже по существу. — Вы не женаты.

Хотел сказать, что у меня в сердце лишь одна. Но промолчал, решив, что выслушать её будет даже забавным. Похоже, она стала подбираться ко мне с самого начала праздника.

— Могу думать, что вас заинтересует партия с титулованной француженкой? — Продолжила не завуалированно. — Магдалина образована, хорошо знает русский язык, любит ваших литературных классиков, великолепно играет на скрипке и танцует балет с русским учителем. Не дурна собой, насколько могли заметить. И самое важное, она внучка лидера Франции. В приданое вы получите обширные земли Бургундии, две винодельни с доходом в тридцать тысяч в год, шесть виноградников в Италии и двадцать тысяч рублей золотом.

Отчеканила, как стих!

Твою дивизию, чуть слюной не поперхнулся. И такое приданое, чтобы с князем Российской империи породниться?! Мне прямо жаль стало девочку, ведь бабуля, похоже, ни перед чем не остановится.

— Простите, а сколько ей лет?

— Скоро исполняется семнадцать.

Хм, а на вид пятнадцать.

Не успел тактично отказать, смуглая кареглазая брюнеточка подскочила по сигналу ушлой бабули. Встала передо мной живенько и исполнила реверанс. Пунцовая от смущения, но милая, что меры нет, на вид совсем малышка. Хоть на руку подсаживай, как дочку, и выноси из этого балагана. Сажай на качели или давай скакалку в зубы.

Дальше ещё интереснее. Пожилая маркиза подтянулась на цыпочках, всё равно не доставая до моего уха, и прошептала так, что услышала и девочка:

— Не желаете ли пригласить Магдалину на танец? Ваш русский вальс — её конёк.

Девочка посмотрела на меня тёмно–карими глазами щенячьи. Ну вот что с ними делать?

— Леди Магдалина, — обращаюсь мягко. — Позвольте пригласить вас на танец.

— С удовольствием, сударь, — отвечает слабым голосочком с лёгким акцентом.

Руку подаёт, выходим в танцевальное пространство и понеслась! Вальс я разучивал ещё в училище. И не ударил в грязь лицом, при том, что девочка двигается великолепно. Однако разница в росте вскоре даёт о себе знать. Несколько раз я даже отрываю её от земли, вращая, как пушинку. Но Магдалина нисколько не теряется, продолжая правильно ставить ноги и держать спину с невозмутимым личиком.

Не думал, что получу такое удовольствие от прикосновений к тонкой талии, к нежной руке. От запаха её духов и взгляда карих глаз исподлобья. С каждым мгновением она всё уверенней. Но скромно молчит. А я не знаю, что и думать.

Очаровательная, молодая француженка с приданным ого–го. Но сердцу не прикажешь. Танцуя с ней, я представляю другую.

Закончив танец, благодарю партнёршу и ухожу в противоположную сторону от её бабули, чтобы избежать неудобных вопросов в лоб. Но маркиза плетётся следом, как недобитый голодный оргалид.

Камердинер Ивета подскакивает, будто караулила, предлагая воды. А я вижу, что на меня глазеют все, кому не лень. И барышни разные, и господа, будто им тут театр, а я — главный актёр.

Запасных выходов из зала, как в пчелином улье, каждые пятнадцать метров проходы.

Выскочил в низенький коридор, который тянется вдоль всего зала приёмов. И, похоже, здесь как раз лестницы на верхние балконы.

Поначалу, чтоб уйти от «погони» хотел прогуляться снаружи и вернуться с другого входа. А теперь потянуло подняться и посмотреть на своих зрителей с выгодного для себя ракурса.

Надо признать, бабуля меня позабавила и немного отвлекла.

Поднялся по беломраморной лестнице. На следующем этаже балкон сплошной: от самого входа и до трона, есть диваны и столики с пирамидами напитков и закусками. Слуги суетятся, лавируя с подносами. Господа с дамами восседают, беседуя или милуясь. Другие у перил взирают вниз. Один, стоя на колене, делает барышне предложение… аж в груди перехватило.

Народа не так много, и кажется, что всем здесь не до меня. Очень много влюблённых, как показалось, куда ни глянь, очарование.