— Что-то надвигается, — проговорил Роб, поднимаясь на ноги. — Что-то надвигается! — крикнул он.

Палмер, Лилия и мать прекратили разбирать палатку и побежали к двум мальчикам у расселины, вглядываясь и вслушиваясь в тяжелую тьму. Парусина палатки хлопала на поднимавшемся ветру, слышался ритмичный, становившийся все громче звук. То были не шаги мертвых, или их давно ушедшей сестры, или их отца — но нечто еще более невозможное. Сперва оно обрушилось на Роба, а потом на мать, забарабанив по песку, неся с собой порыв холодного ветра и затмевая звезды, — влага с небес, ответ на долгую тишину, знак, что кто-то где-то очень далеко все слышал.

Мать упала на колени и разрыдалась.

А небо проливало слезы по своему народу.