Я хочу убежать, но не желаю быть трусом. Не хочу снова убегать.

Пытаюсь заговорить, но могу издавать только звуки. Я похож на раненое животное.

— Все в порядке, — говорит она успокаивающим голосом. Она заходит в комнату и останавливается передо мной. Кладет руку мне на щеку. — Почти получилось, Бром. Осталось совсем чуть-чуть.

Я вздрагиваю, пытаюсь отвернуться, но она смеется. Это невеселый смех, похожий на ту же черноту, что и внутри меня.

— Я знаю, тяжело быть чьей-то марионеткой, — говорит она, похлопывая меня по щеке, все сильнее и сильнее. — Но так нужно. Это наша участь, и она не за горами. Когда все закончится, ты уйдешь. Вновь покинешь это место. Впервые в своей жизни ты будешь свободен, Эбрахам Ван Брант. Разве это не прекрасно?

Она убирает руку с моей щеки и прижимает ее тыльной стороной к моим губам.

— Поцелуй меня. Это всего лишь вежливость.

Я прижимаюсь губами к ее руке. На вкус это как яд.

Она злобно улыбается мне.

«Ты должен пойти и забрать Катрину. Она сбежала. Ты знаешь, что должен сделать, не так ли, верный солдат? Ты знаешь, к чему тебя обязали».

Я чувствую, как киваю.

Я должен забрать Кэт.

Ведьма наклоняется к моему уху.

— Ты щедрый, Бром. Я знаю, ты умеешь отдавать. Но на этот раз будешь забирать. Возьми то, что тебе причитается, возьми то, чего заслуживаешь. Иди и забери мою дочь. Помоги нам воплотить желания Горууна в жизнь. Помоги нам вступить в новую эру.

«Я не сделаю ничего подобного!» — кричу я, отталкивая ее. «Я не твоя марионетка! Я не твой солдат! Я мужчина, который влюблен в твою дочь!»

Но слова не слетают с моих губ, и я не отталкиваю ее.

Вместо этого мои ноги двигаются сами по себе. Я прохожу мимо нее в гостиную, свечи освещают путь к двери.

Боже, помоги мне.

Боже, прости.

Боже, спаси.

«Бога нет», — шепчет голос внутри меня.

«Есть только я».

Глава 31

Кэт

Я босиком бегу по кукурузному полю, жесткие, высохшие стебли царапают мою кожу, рвут ночнушку.

Горло горит от его прикосновений, легкие задыхаются, ноги болят, ступни кровоточат из-за камей, но я должна бежать, должна.

Бром придет за мной.

Бром, который не Бром.

Бром, превратившийся в монстра.

Слезы текут по моему лицу, затуманивая зрение, но каким-то образом я продолжаю идти, раздвигая стебли, и бегу к дороге. Не знаю, куда; я просто знаю, что должна уйти от него.

Позади себя я слышу лошадиное ржание, затем стук копыт.

Он выследит меня в кукурузных полях, точно так же, как поступил с Джошуа Миксом.

Монстр внутри него выследит меня и будет удерживать, изнасилует меня, а потом убьет.

Я никогда не забуду, как смотрела в глаза Брому и видела, как он превращается из родного человека, который сказал, что все еще любит меня, спустя столько времени, в настоящую силу зла. Я не знаю, смогу ли избавиться от этого воспоминания. Не знаю, переживу ли это.

Но сначала я должна пережить сегодняшнюю ночь.

Бегу к Мэри, чтобы попросить о помощи. Ее семья поймет меня — они хорошие люди. Они помогут мне. Через кукурузные поля я выйду на дорогу, которая приведет меня к ее ферме.

Продолжаю идти, ничего не видя за стеблями кукурузы, потом спотыкаюсь и падаю.

Оборачиваюсь в поисках света, чьего-нибудь фонаря. Вокруг нет ничего, кроме темноты и света полумесяца, и я настолько дезориентирована, что даже не знаю, в какую сторону идти.

Перед моим мысленным взором возникает лицо Брома. И печаль в глазах, когда он сказал, что нуждается во мне.

Нежность в голосе, когда он сказал, что скучает по мне.

Легкая дрожь, когда он сказал, что любит меня.

Это крутится у меня в голове, растворяясь, как бумага в огне. Потом дымка появилась в его глазах, а пальцы сжались на моем горле. И появилась усмешка на губах, когда он сказал, что уничтожит меня.

Я чувствую себя обманутой, настолько обманутой, что, кажется, мое сердце разобьется вдребезги, если я еще раз об этом подумаю, но не могу, не сейчас. Я могу думать только о выживании.

Бегу по дороге, пока не вижу ферму Мэри. Вдалеке слышу стук копыт и шелест кукурузы, и знаю, что он близко.

Монстр у меня на хвосте.

Я карабкаюсь по тропинке к входной двери фермерского дома и начинаю колотить в нее кулаками.

— Мэри! — кричу я. — Мэри! Открой! Пожалуйста, это я, Кэт!

Я дергаю дверь, но она не открывается. Они никогда раньше не запирались.

Когда убийца не разгуливал на свободе. Который сейчас охотится за мной.

Яростно дергаю за ручку, но та не поддается, поэтому я снова начинаю колотить в дверь, ударяя по ней тыльной стороной ладони, паника охватывает меня, как дикий зверь.