Действия сестренок постепенно подводили к закономерному результату, я усадил Люсю на колени, она прижалась спиной к моей груди и питон нашел работу по специальности, ну почти по специальности.

Все опыты с генотипом животных постигла неудача. Все да не все. В линии скрещивания эльфов с земноводными намечались успехи. Гибриды лягушек и эльфов по началу не могли похвататся разумом, хотя часть биологических школ эльфов до сих пор отрицает наличие разума у легушей, имели водопроницаемую кожу и размножались внешним оплодотворением в амплексусе.

"Морохир... Как там мой Морохир..Она сильная и не тактичная... Она покалечит моего Морохира.." Блин, что за дела? "Как я буду жить без мужа?" Это от Люськи, что ли идет?

Но эльфы не сдавались, меняли хромосомы, триплеты нуклеотидов, изомеры аденазинтрифосфорной кислоты и добились таки определенного успеха. Новую генерацию гибридов назвали легушами. У легушей появился разум и интеллект сопоставимый с эльфийскими, кожа перестала пропускать воду и легуши обрели независимость от воды и одновременно защиту от потери влаги.

Накатила волна безотчетного страха. Медленно, но верно нарастала тревога.

Путем долгих и иногда болезненых комбинаций и рекомбинация легушам обеспечили обычную для разумных гуманоидов живородящую репродуктивную систему состоящую из двуполых особей, самца и самки, с внутренним оплодотворением. Легуши получили легушачьеподобную голову, зеленоватый оттенок кожи, покатые плечи, отдельные особенности организма связанные с генами земноводных, но в основном и в остальном их организмы ничуть не отличались от организмов эльфов или орков. Средний рост легушей приблизительно равнялся среднему росту светлых и темных ушастых.

Питон завял. Люська замерла, развернулась, перекинув ногу, прижалась грудью ко мне, вскинула брови, широко открыла рот и глаза. Питону понравилось бы, но тела переключились на более важные вопросы.

Глава 36

Фибрилляция желудочков (часть вторая.).

Генерация легушей осваивалась в экпериментальных резервациях и все бы хорошо, но не хорошо. Как и в других случаях соединения генотипа эльфов с животными, функция воспроизводства у легушей пропадала. Кваки вели нормальную и не нормальную половую жизнь, как водится среди разумных, кое-кто даже рожал, но постепенно процесс воспроизводства замирал и кваки вырождались.

Люся судорожно хватала меня за плечи, сжимая бедра, питон уменьшился и спрятался между ногами от надвигающихся проблем.

– Мне страшно и тревожно,- щипалась ушастая.

– Что ты? Боятся нечего, здесь все свои,- неудомевал я, гладя по спине эльфийку.

Нюша напряженно сидела в джакузи рядом, готовая помочь, видимо тоже ощущая, взявшуюся откуда не возьмись нервозность, нежно поглаживая вместе со мной сестренку. Моша, лежавший с Кошей на жезлоге неподалеку, отцепился от чембура, намереваясь подойти к нам поближе.

Вдоволь намучавшись с легушами, спустя пару десятков лет после начала исследований, эльфы признали кваков беспереспективными, часть биологических школ светлых до сих пор отказываются признать за легушами наличие перспектив, и дали квакам юридическую свободу, отпустив всю расу на необжитый тогда юго-восток континента, в тайне надеясь на быстрое исчезновение популяции. Но не тут то было. Кваки приняли вызов. И вскоре эльфы узнали об увеличивающихся племенах легушей, расширяющих свои земли на лугах и болотах юго-востока. А через пару поколений племена кваков объединились в государственное образование - Конфедерацию. Как и что легуши сделали для поддержания репродуктивной функции, продолжает быть загадкой и по сей день.

От страха правая миндалина миндалевидного тела в мозгу Лисиэль возбудилась. Базолатеральный комплекс, ядра коры, срединное и ценральное ядро, клетки интерстиция сформировали электрический импульс вдаривший в гипоталамус. Химическая фабрика гипоталамуса повинуясь импульсу произвела молекулу-приказ надпочечникам, активируя симпатическую нервную систему эльфийки. Надпочечные железы вбросили в кровь дозы чистого адреналина. Я чувствовал, как стремительно повышается у Лисиэль артериальное давление, увеличивается коронарный кровоток, учащаются средечные сокращения. А надпочечники эльфийки все вбрасывали дозы адреналина в кровь.

– Что с тобой, Лисиэль?- я сжал дрожавшую в воде эльфийку.

– Отстань от меня,- заголосила Люся, слабо пытаясь вырваться, и блеванула в джакузи.

А железы все гнали и гнали новые порции адреналина в кровь светлой. Сердце эльфийки стучало как пулемет, тело била судорога, руки ноги дергались в непроизвольных конвульсиях.

– Больно..

– Где больно?

– В груди.

– Все понятно,-отрывисто бросил я, перехватывая аккуратно Лисиэль и буквально выпрыгивая из бассейна.