– Ты потерял себя. – Тихо произносит она.

– Так помоги мне найти. – Цепляюсь я за последнюю ниточку надежды.

– Это произошло очень давно. И не по моей вине. – Добавляет Мариана, убирая мою руку со своего лица. – Потому я не смогу тебе помочь, Кай.

– Я схожу с ума. – Признаюсь, придвигаясь к ней. – Только ты можешь помочь мне выздороветь.

Мариана медленно качает головой.

– Нет. – Она тяжело вздыхает. – Если я останусь с тобой, к моменту, когда ты будешь в порядке, от меня не останется ничего.

– Я не отпущу тебя. – Наклоняюсь к ее лицу, тону в ее запахе. – Не отпущу, слышишь? Я добьюсь тебя. Верну тебя обратно. Я…

– К чему это? – Прерывает меня Мариана. – Ты уничтожаешь меня, Кай. Посмотри. Полюбуйся, во что я превратилась рядом с тобой. – Она обводит руками свои заплаканные глаза, раскрасневшиеся щеки, дрожащее тело. – Меня надолго не хватит, я так не хочу.

– С ним тебе, значит, лучше? – Внутри меня снова закипает что-то темное и яростное.

– С кем? С Витей? – Мариана облизывает пылающие губы, на ее шее пульсирует венка. – Ты точно хочешь говорить со мной о других парнях?

– Ты сделала это, чтобы насолить мне?

– Сделала потому, что захотела. – Она задирает подбородок и стискивает челюсти.

Даже в этой решительной попытке защититься от меня она невероятно красива.

– И как? Понравилось?

Мы дышим в унисон, воздух в салоне сгущается.

– Хватит. – Говорит Мариана и бросается на борьбу с ручкой двери, но я тут же блокирую замки, отрезая ей пути к выходу.

– Ты невыносим, – бормочет она, судорожно оглядывая салон в поисках любого другого пути к свободе.

– А ты отвратительна. – Со вздохом произношу я. – Ненавижу тебя. И хочу.

– Мне все равно. – Врет она.

–И лучше ненавидеть, чем потерять тебя совсем.

И с этими словами притягиваю ее к себе и сминаю жестким поцелуем ее мягкие губы. Сжимаю в кулаке ее волосы, силой подавляю ее попытки вырваться. Мариана яростно колотит меня по плечам и не собирается сдаваться, а я вбираю в себя сладость ее губ и языка, пока вдруг не ощущаю, как ее зубы больно смыкаются на моей нижней губе.

Черт подери, она меня кусает. Кусает!

Но я не отшатываюсь, почувствовав резкую боль и привкус крови во рту, я продолжаю целовать ее еще более дико, остервенело и страстно. Мариана стонет мне в губы, пока, наконец, с силой не отталкивает меня от себя.

– Не прикасайся ко мне больше. – Вытирая кровь со рта, хрипло произносит она. – Никогда!

– Хорошо. – Я примирительно вытягиваю руки. – Хорошо. Только не уходи. Давай, поговорим, как ты и предлагала тогда, дома – как нормальные люди.

– Ты не умеешь. – Мариана мотает головой.

– Я обещаю, что смогу.

Она вдруг задумывается, затем поправляет волосы и выдает:

– Тебе нужно пойти к тренеру. Сделаешь это, и тогда поговорим.

– К тренеру? – Хмурюсь я.

– Да. По поводу твоего будущего. Ты не должен прятаться, реши, пожалуйста, этот вопрос.

– С чего это ты заговорила про…

Я замираю, потому что в следующий миг тишину разрывает кряканье полицейской сигнальной системы. Поворачиваюсь. Позади нас – полицейская машина, на крыше мелькают проблесковые маячки.

Возвращаю взгляд на Мариану, силясь вспомнить, на чем прервался наш разговор, но меня отвлекает стук в окно с водительской стороны.

Мне не хочется отрывать от нее взгляд, поэтому я игнорирую.

– Кай. – Она кивает в сторону звука.

Стук становится нетерпеливее.

– У тебя будут проблемы. – Шепчет Мариана. В ее взгляде мольба. – Пожалуйста, не усложняй.

Но я ненавижу кому-либо уступать.

– Да вашу мать! – Взрываюсь, оборачиваясь к окну, в которое инспектор стучит жезлом. – Чо тебе надо?! – Спрашиваю, опустив стекло.

Тот наклоняется, оглядывает нас с Марианой по очереди и представляется. Разумеется, я пропускаю все, что он говорит, мимо ушей: мне нужно, чтобы нас с ней поскорее оставили наедине и дали договорить.

– Предъявите документы. – Последнее, что произносит мужик в форме.

– Я стою, никого не трогаю, какие проблемы? – Злюсь я.

Мой грозный вид должен был отбить у него всякое желание спорить, но инспектор сдаваться не собирается:

– Повторяю…

– Пошел ты. – Я поднимаю стекло и поворачиваюсь к Мариане. – Что ты имела в виду, когда говорила про тренера?