Мы уже выехали за пределы города.

– В чем?

– В том, что здоровье бабушки Хелены пошатнулось.

– Брось, все мы видели, в каком она была состоянии. – Качаю головой я.

– Нет. Я выгнала твою мать из дома, а получилось, будто выгнала и ее.

– Бабуля все равно уже ничего не понимает, она потеряна в пространстве. Ты же видела сама.

– Ты первый раз ее так ласково называешь – бабуля. – Вдруг замечает Мариана.

Ее печальное лицо озаряется робкой улыбкой.

– Я обнаружил в себе много разных особенностей. – Признаюсь я. – Оказалось, если иногда проявлять слабости, никто автоматически не посчитает тебя тряпкой.

– Да. Иногда мужчины даже могут пустить слезу. – Улыбается Мариана. – Представь себе.

– Нет, до такого я не опущусь. – Усмехаюсь.

– И все равно. – Она украдкой бросает на меня заинтересованный взгляд. – Мне непривычно видеть такого Кая. Я все время жду, что ты скажешь какую-нибудь гадость, чтобы уколоть меня. Есть ощущение, что ты постоянно сдерживаешься и вот-вот сорвешься.

– Так и есть. – Соглашаюсь я. – Ты точно прочитала мои эмоции. Очень трудно что-то пытаться менять в себе, без срывов не получается, но если ты понимаешь, зачем это делаешь, то преодолевать трудности становится легче.

– Ты пытаешься измениться? Серьезно?

– Понимаю, почему тебя это удивляет. – Ухмыляюсь я.

И мне кажется, она задерживает дыхание в этот момент.

– Не спросишь, ради чего? – Говорю я спустя целую минуту.

Вижу, как Мариана напрягается, затем откашливается.

– Нет.

Не стоило мне заводить этот разговор вот так сразу, едва мы выехали за город.

– Черт, да я просто хотел, чтобы ты знала! – Я ударяю руками по рулю. – Я не собираюсь от тебя отказываться. Я не хочу! И не отдам тебя ему. Никому не отдам!

Она сглатывает, явно нервничая. Но остается недвижимой, смотрит прямо перед собой. И молчит.

«Я что, орал только что на нее?»

У меня внутри все сжимается, пальцы, белея, впиваются в руль.

Нельзя так. Нужно успокоиться. Я не хочу, чтобы Мариане было плохо со мной, чтобы она нервничала. Чтобы боялась меня.

– Я просто люблю тебя. – Этим признанием я словно сдираю с себя кожу и начинаю кровоточить.

– А я тебя – нет. – Выдыхает она. И спустя десять мучительных секунд добавляет. – Мне жаль.

Я делаю глубокий вдох, чтобы не взорваться. И медленно выдыхаю.

– Ты сама в это не веришь.

Никто меня не переубедит.

– Опять разгонишь машину до двух сотен километров в час, чтобы доказать, что прав? – Спрашивает Мариана, внимательно посмотрев на меня. И ее слова рвут мне душу. – Закричишь погромче, чтобы до меня быстрее дошло? Взвалишь на спину и унесешь? Так ты собираешься меня переубедить?

– Только потеряв тебя, я осознал, каким уродом был. – Мой голос дрожит, к глазам подступают слезы.

– Знаю. – Примирительно и очень тихо говорит Мариана. – И понимаю, как тебе трудно: ты всю жизнь действовал инстинктивно. Я знаю, как тебе трудно, Кай. Потому что люблю тебя – и в этом ты прав. Но именно из-за этой любви я больше не подпущу тебя к себе. Никогда.

– Ничего бредовее никогда не слышал. – Рычу я, пытаясь совладать с гневом.

– Ты очень многое значишь для меня, Кай. Но проблема в том, что я больше тебе не верю. Зато знаю, что ты обязательно причинишь мне боль, если мы будем вместе. Можешь считать меня сумасшедшей или дурой, но я просто хочу защитить себя от тебя.

– А ты? Ты не причиняла мне боль? – Вспыхиваю я. – Говоришь, как святоша. Будто не трахаешься с моим другом! Черт, да я готов закрыть на это глаза, лишь бы быть с тобой!

– Я не спала с Виктором. – Вдруг признается она. – Но собираюсь сделать это. И мне не нужно ни твое одобрение, ни разрешение. Да, я не святоша, Кай. Но шанса у нас с тобой нет не из-за этого, ты ведь сам все понимаешь.

Я ошарашен. Кубарем лечу по ступенькам своего сознания. Мне хочется смеяться и плакать одновременно, но не получается ни то, ни другое. Волнение, страх, печаль, вина, радость – сам не знаю, что испытываю.

– Чего ты улыбаешься? – Мариана смотрит на меня в удивлении.

Пусть думает, что я свихнулся. Так и есть. Мне словно открылись все ответы. Все злое во мне и все нежное, все отчаянное, упрямое, сильное – это все пробудила она. Мы сломали друг друга, мы стали совсем другими. Так и было задумано.

Так и было задумано.

– Радуешься, что я не спала с Серебровым? – Разочарованно вздыхает Мариана. – Не надо было тебе говорить. Потому, что это не имеет значения. Он мне нравится, и я могу сделать это, когда захочу.