Если так, то в ближайшее время меня будет ждать усиленное тестирование по всем магическим профилям и направлениям. Причем именно на те умения, которые были наиболее распространены среди представителей ныне почившего рода Расхэ.

Придя к таким выводам, я старательно порылся в файлах отцовского семейства в попытке подтвердить или опровергнуть эти предположения, однако среди последних поколений нашего рода ни сновидцев, ни провидцев не было.

Это утешало.

Был, правда, один скользкий момент — скрытым умением семейства Расхэ, согласно документу, являлась способность управлять временем. Не так, конечно, чтобы вот так легко, походя, влиять на кого-то, отбирая у человека положенные ему дни и годы и используя их потом по собственному усмотрению. Нет. Но потомки Расхэ умели формировать вокруг себя этакий кокон, где время действительно текло несколько иначе. И это означало, что моя первичная оценка работы, которую произвел ныне почивший тан Расхэ, когда разрабатывал проект «Гибрид-2», могла сильно отличаться от реальности. И очень даже велика вероятность, что он работал над ним в три, а то и четыре раза дольше, чем я считал.

Но самое главное заключалось в другом: магия времени, как и следовало догадаться, была тесно связана с магией пространства. В быту даже в моем старом мире существовала масса крылатых выражений именно на эту тему. Пространство без времени не существует. Точно так же, как и для магии времени так или иначе нужна магия пространства. Более того, оба этих умения были также тесно связаны и с магией сна и, точно так же, как и та, относились к категории комбинированных видов магии.

Исходя из этого, мне, как наследнику, следовало ждать открытия сопряженного с магией пространства умения. Магия времени… угу. Я почти уверен, что если у меня есть скрытый дар, то это будет именно он. И вот если это действительно так, меня точно можно будет накрепко увязать с несчастливым семейством Расхэ.

А я не мог этого допустить. Уже сейчас было ясно, что смежную способность, даже если она откроется, мне, как и Талант, ни в коем случае нельзя будет демонстрировать.

По крайней мере, не здесь. Не в этой школе и не перед этими людьми. Несмотря даже на тот неоспоримый факт, что магические семейства в Норлаэне обычно старались держать в тайне свои родовые умения. Это было важно для выживания. Это являлось ценным преимуществом перед многочисленными врагами. Да, какие-то сведения все равно просачивались, однако, как правило, сами рода их старательно и распускали, чтобы сбить с толку конкурентов.

Так вот. Исходя из всего вышесказанного, можно было предположить, что из простых смертных не так уж много народа знает, в чем именно заключалась родовая способность рода Расхэ. Но если эта информация вдруг выплывет наружу, если у меня и впрямь откроется скрытая способность…

В общем, покрутив варианты так и этак, я решил, что свое развитие в этом плане мне пока следует придержать. Быть может, даже искусственно замедлить, благо Эмма сказала, что сумеет это сделать и что, если я пожелаю, скрытая способность может у меня вообще не открыться.

После этого я с облегчением выдохнул и какое-то время просто лежал, то и дело возвращаясь мыслями к давшему мне жизнь роду.

Думал об отце, о матери. О том, по какой причине тан Расхэ все же решил завести ребенка на стороне, и по какой причине госпожа Сельена Гурто рискнула изменить мужу. Быть может, у них начались проблемы в семье. Или, возможно, высокий тан действительно испытывал к миловидной горничной искреннюю симпатию.

Однако, прислушавшись к себе, я с удивлением понял, что не осуждаю их за это. Более того, с некоторых пор я вспоминал лицо этой женщины с неподдельной грустью. Мне было жаль, что она умерла. И помня, что и в прошлой жизни рано остался без родителей, я так же искренне жалел, что и в этой мне не довелось хоть немного их узнать.

Как я и предполагал, следующее утро у меня началось с того, что в дверях без предупреждения нарисовался лэн Нортэн и бодро сообщил, что меня ждет масса интересных, но не особенно приятных процедур.

Я к тому времени уже встал, позанимался, сделал комплекс обязательных упражнений на концентрацию. А потом погрузился в медитацию, терпеливо дожидаясь начала нового дня.

Доктор такому рвению удивился. Пропустил в комнату кухонного рабочего с полным подносом снеди, ну а когда я насытился, меня тут же взяли в оборот и вплоть до самого обеда я из лазарета не вылезал.

После обеда, впрочем, легче не стало, поэтому я откровенно задолбался переходить от одного аппарата к другому, смотреть в какие-то приборы, сидеть, лежать, дрыгать конечностями, когда скажут. Ну и, конечно, заполнять хренову тучу анкет, к которым наш добрый доктор, как выяснилось, питал настоящую слабость.

Да, я еще в прошлые разы отметил, что бумажки лэн Нортэн любил какой-то нежной, необъяснимой и совершенно неуместной в век технологий любовью. Думаю, если бы лаир Орин знал, что в школе есть еще один любитель бумажных носителей, эти двое точно бы подружились.

После ужина мне все-таки дали долгожданный перерыв, да и перед сном особо не издевались, поэтому вечернюю тренировку я все-таки провел. Еще немного поупражнялся, помедитировал. Лег после этого спать, а утром все началось сначала…

К середине третьего дня, когда мне до смерти надоело быть лабораторной крысой, лэн Нортэн с удовлетворением сделал какие-то пометки у себя в бумагах и сообщил, что, кроме наклевывающейся второстепенной ветки развития, других отклонений, как и незапланированных открытий, в моем даре не было.