Я не сдержался и показал браслету фак.

— Так точно, лэн. Есть правильно распорядиться свободным временем!

Лэн Даорн тут же прервал связь, а я все-таки выругался на этого дайнова параноика и потащился в спортзал — надо было начинать тренировку.

Утром в сан-рэ я, как и вчера, еще до побудки привел вверенные мне лаиром Наулом помещения в порядок, старательно вымыл коридор, сходил в спортзал, позавтракал, честно отпахал два рэйна в столовой. Запланировал большую, полноценную, свою первую после заключения серьезную тренировку. И в общем-то особых проблем сегодня не ждал, однако, когда решил посетить уборную, растерянно замер.

Нас в корпусе было всего одиннадцать малолетних пацанов. Писсуаров и унитазов на нас выделялось всего пять, но с учетом наших невеликих потребностей этого хватало с избытком.

Утром, когда я уходил, здесь все блестело и только что розами не пахло.

Однако сейчас в туалете словно стая собак побывала, причем все до одной твари страдали злостным недержанием. Унитазы были уделаны так, что к ним было страшно подойти. На стенах и на полу засохли желтые брызги. А запах в уборной стоял такой, что туда было страшно даже заглядывать.

— Ну что, Гурто, — процедил из коридора кто-то из пробегавших мимо мальчишек. Кажется, Ойр, хотя я не был уверен. — Нравится убирать чужое дерьмо? Теперь наслаждайся!

Я сжал кулаки. Вышел из загаженной уборной, завернул за угол и как раз успел увидеть спину убежавшего пацана, который проворно юркнул и тут же захлопнул за собой дверь комнаты номер пять, где вот уже почти полгода обитал Айрд Босхо.

Значит, и правда Ойр. Караулил меня в душевой, чтобы я уж точно не подумал, что все произошедшее — простая случайность.

Прекрасно понимая, что без приказа крепыша никто из мелюзги не додумался бы так откровенно мне гадить, причем гадить в буквальном смысле слова, я постоял, подумал. Бросил оценивающий взгляд на свой браслет. А через несколько сэнов решительно двинулся к примеченной двери.

— Кто? — лениво отозвался изнутри Босхо, когда я вежливо постучал.

— Гурто. Выйди на пару сэнов. Есть разговор.

— С говноедом ничего обсуждать не собираюсь. Проваливай.

— Почему же сразу «говноед»? — спокойно осведомился я. — Считаешь, работа уборщика настолько ниже твоего достоинства, что можно смешивать ее с дерьмом? Может, тебе про брата напомнить, а? И про его отработки? Так ты что, теперь и его тоже говноедом считаешь?

— Заткнись, Гурто! — рявкнул из-за двери крепыш. — Не твое собачье дело, кого и кем я считаю!

— Выйди, — спокойно повторил я. — Или ты даже разговора со мной боишься? Дважды опозорился на поединках и теперь даже нос наружу не хочешь высунуть?

О боже. Как же легко довести ребенка… вот всего лишь намекнул ему на трусость, как изнутри послышались быстрые шаги, и дверь немедленно распахнулась.

— Ты что, мелкий, совсем страх потерял?! — процедил Айрд, остановившись на пороге. — Род мой оскорбляешь?! На полноценный вызов нарываешься?

Я пожал плечами.

— Дуэли в школе запрещены. К тому же это не я сказал про говноеда. Ты сам так обозвал тех, кому приходится выполнять не самую престижную, по твоему мнению, работу. Пойдем-ка со мной. Хочу кое-что тебе показать.

— Еще не хватало, — не сдвинулся с места крепыш. — Хочешь дерьмо убирать, вот и убирай! Его теперь у тебя навалом!

Я внимательно на него посмотрел.

— Кто из вас это сделал? Кому ты велел нагадить в уборной? Вас здесь всего десять человек. И ни один без твоего ведома ни шагу не сделает.

— Ничего не знаю, Гурто, — ухмыльнулся этот поганец. — Есть что убрать — убирай, теперь это твоя обязанность.

— В мои обязанности не входит обучение тебя и твоих друзей правилам пользования уборной. Пусть идут и отмывают.

Я сделал шаг вперед, и Босхо тут же отреагировал.

— Ты находишься на моей личной территории, Гурто! Вали, пока цел! Тебя сюда не звали!

— Это что, угроза?

— Слышь ты, — придвинулся Айрд и тихо-тихо пообещал: — Я все равно тебя однажды урою, как бы ты ни прятался за спиной нового директора! Ты ему явно нравишься. Так же сильно, как Моринэ!

— Откуда тебе знать, кто нравился Моринэ? — так же тихо поинтересовался я. — Ученикам об этом не сообщали. Но раз ты все-таки в курсе, то, видимо, был знаком с ним достаточно близко, чтобы совершенно точно знать о его предпочтениях.

Крепышу кровь бросилась в лицо.

— Ах ты, мелкий ублюдок… надеюсь, тебя-то он точно успел трахнуть, пока его не вывели отсюда в наручниках!

— Нет, не успел, — недобро улыбнулся я, делая еще один шаг вперед. — Я в свое время две недели карцера получил за отказ ему подчиняться.