" Ладно" – отмахнувшись рукой, сказал незнакомец, поспешно уходя, обернулся, и добавил: – " Я сам его разыщу". С тем, и ушел незнакомец.

" А как тебя кличут?" – спросил дед, но незнакомца уже и след простыл, как будто и не было.

" С кем ты тут разговаривашь, старый?" – спросила тётка Фрося, входя во двор через ворота, со стороны улицы.

" Да вот, был тут, какой то, а как звать не сказался" – оправдывался дед, показывая в сторону огорода – " А ты чевось здесь делаешь? Егор вроде тебя не звал".

" Я то, вот решила приборкой в избе заняться. А то ведь Егор Фомич перед праздником, заявится с просьбой, а мне самой некогда будет. А я щас помаленьку все сделаю".

" Не стоит беспокоиться Ефросинья Петровна, я уж с Егором сговорился. У меня племяшка, Катерина приехала, она и приберет в доме" – подсуетился дед Матвей.

" А давно ль приехала?" – заинтересовано спросила тётка Фрося и добавила: – " А то я, уж грешным делом, подумала, ты тут с чертями разговаривашь».

" Приехала в субботу, с ребятеночком, Алешкой зовут. Овдовела она у меня, одной тяжко, вот и приехала. Нету у нас боле никого. Вместе вот жить будем" – дед вздохнул тягостно, а после добавил: – " В троем-то все веселее".

" Ну и, слава Богу, что приехала! Тебе в радость, да и мне уж скоро некогда будет бегать к Егору. Сам знаешь лето, в огороде полно работы, да и по дому то же" – с облегчением души сказала тетка Фрося, и заспешила домой.

На том и сговорились, никого не обидев, дед Матвей и тетка Ефросинья. День разгулялся, солнце припекало все теплее. Почки, на деревьях, начали распускаться, и по не многу стало зеленеть кругом. Запах свежей зелени, распускающихся почек на деревьях, наполнял ароматом весны деревню и близь стоящий лес. Даже болото не так ужасно пахло, как обычно вонючей тиной. Кругом была весна. Вечером тетка Фрося забежала ненадолго в дом деда Матвея, что бы познакомиться с его племянницей Катей. Катя сидела за столом, и разбирала какие -то пакетики и маленькие свертки. Алешка в это время шагал вокруг печи и стучал, по ней небольшой палкой, гукая себе под нос. Войдя в избу без стука в дверь, Ефросинья обомлела. На Кате не было платка, и коротко стриженые волосы торчали в разные стороны. Получилась неловкая пауза. Первой заговорила Катя.

" Вы к кому?" – спросила она, и потянулась за платком, глядя на тетку Ефросинию своими большими глазами.

" К тебе дочка, к тебе" – промолвила тетка Фрося, не отводя глаз от Кати, и добавила:– "Дед Матвей сказал, что ты приехала, вот я пришла познакомиться. Зовут меня тётка Фрося, я здеся в соседях живу. А, что у тебя с волосами то?" – все так же, неотводя глаза, произнесла она. Катя, накидывая платок на голову, ответила: – " Это после тифа. Я долго болела. Меня Катей зовут. Я " – хотела добавить Катя, но тётка Фрося ее перебила.

"Знаю, знаю, дед сказывал. Да, и Анастасия, тётка твоя, рассказывали о тебе. Вот и забежала на тебя посмотреть, да познакомиться. А ты, меня не бойся, я хоть и шумная, но не злобная. У меня своих племянников полно, в соседней деревне, в Дьяково живут. Ты тут, чем занимашься?" – снова спросила она. Катя, показывая на пакетики, ответила : – " Убиралась в доме, нашла пакетики с семянами, вот собираюсь их посеять, может, взойдут".

Тетка Фрося подойдя к столу, посмотрела на семена, потрогала их пальцами и ответила.

" Нет, эти не взойдут, они уже прелые. Ты ко мне приходи, после праздника, я тебе прошлогодних дам, вот эти взойдут"– и добавила, глядя на Алешку, игравшего рядом: -«А в церковь пойдешь? На праздничный ход?»

Катя засмущалась и ответила, что не знает, посмотрев на Алешку. Тот, добравшись до тумбы, принялся все доставать из нее и складывать на пол. Катя, подбежав к сыну, сунула ему в руку крышку от чугунка, отправила снова на лавку к печи. А сама начала укладывать обратно в тумбу небольшие припасы крупы.

" Ну у вас тут весело!" – засмеялась тетка Фрося и стала торопиться домой – "Пойду я, ведь только поздороваться забежала. А ты, если чего надо тебе, то заходи. Дед знает, где я живу, заходи!" – добавила она и вышла из дома, спеша по своим делам.

Обе они, и тетка Фрося, и Катерина, остались довольные разговором. Вскоре пришел дед, и Катя начала готовить ужин. За ужином она рассказала деду Матвею как провела день, и что к ней заходила соседка, тетка Фрося. Как они мирно побеседовали, и та, Кате пообещала помощь, если такова помощь понадобиться. Дед Матвей остался доволен, что Катя нашла общие интересы с Ефросиньей Петровной. Да, и Егор Фомич пригласил в дом, хоть и уборкой заниматься, но пригласил. Это было хорошим знаком. Душа деда радовалась, с этими хорошими мыслями все в доме легли спать. Жизнь налаживалась, всё шло своим чередом. В среду, как и уговаривались, дед Матвей и Катя пошли убирать дом Егора Фомича. Алешку взяли с собой, для компании. Дед показал Кате, где и что, и как надо прибрать, а сам с внуком Алешкой вышел во двор. Усадив мальчонку возле бани, в стоящие рядом сани, дед принялся чинить старые корзины, предназначенные для огорода. Алешка ползал по саням, рассматривая все вокруг него. Раньше такого он не видал, и с любопытством всё изучал. Катерина, подвязав платок по туже, начала приборку в доме. Дом Егора Кузьмичева считался большим, по меркам деревни Зыбиха. Состоял он из трех комнат, первая была просторной, с небольшой кухонькой. Иногда, когда Егор поздно возвращался домой, и очень уставший, то ложился спать прямо здесь, на диван, стоявший у стоны. Ещё в комнате стоял большой стол покрытый скатертью, для приема гостей. Лавка и стулья, накрытые белым подзором с вышивкой. Далее было ещё две комнаты, одна принадлежала сыну Ивану, другая служила спальней для Егора Фомича. В комнате сына стояла широкая железная кровать, возле окна, небольшой шкаф, для белья. Полки две, с книжками, которые висели на стене рядом с кроватью. Комната была небольшой, но уютной, с занавесками на окнах и большим покрывалом на кровати. В другой комнате, то же стояла железная кровать, но она была поменьше, чем у Ивана. В этой комнате спал Егор Фомич. Большой деревянный комод стоял рядом с кроватью, у окна. Окно было прикрытое дорогой тюлью из кружевных завитков. Но основным достоинством избы была печь. Она красовалась посередине избы и объединяла собой все три комнаты. Кате пришлось начать убираться со спальни Егора Фомича, она была самой малой, в этом огромном доме. Потом продолжила уборку в комнате Ивана, а самую последнюю, начала прибирать гостевую комнату. На это ушел целый день. Катерина мыла полы добросовестно, что бы угодить хозяину дома. Дед и Алешка, все это время проводили вместе. Дед рассказывал, как надо правильно плести корзины и их ремонтировать, а внук гукал о своем, и соглашался с дедом. Вот так и разговаривали весь день. В конце дня, когда Катя мыла у порога, в дом влетел Иван, и не заметив Катю, споткнулся об ведро. Ведро цокнуло и перевернулось, вода разлилась на полу, нарушая чистоту.

" Ты, кто такая? И чо тут делаешь?" – спросил Иван, и удивленный встал, как вкопанный, у печки.

" Полы, я здесь мою! Меня, Егор Фомич попросил, чтоб на праздник чисто было" – ответила Катя, в ее глазах показались слезы. Катерина весь день прибералась, наводила чистоту, а пришло недорозумение и все испортило. Кате было очень обидно.

Услыхав шум в доме, пришел дед. Увидев разгром ведра, покачал головой и добавил:-" Мы тут прибираем, а ты своими сапожищами грязь месишь, отцу не понравиться!".