Гекта поднялась с места.

Музыкальная группа дала нижние частоты. Барабаны забили где-то в нижней части живота.

Гекта прошла к помосту.

Бас-гитара обволокла стадион тягучим мясным звуком. Толпу забило в экстазе.

Гекта одним движением сменила наряд. Из одежды на ней только туфли и головной убор, напоминающий корону. Она начала двигаться под музыку. Толпа застонала от вожделения.

Пока Гекта танцевала, посетители смотрели, разинув рты. И только бухой демон умудрился не поддаться ее магии целиком. Он подловил засмотревшуюся чертовку официантку, нагнул над столом, намотав на кулак ее хвост. Демон уложился в аккурат к концу исполнения, а затем вытер со лба крупные капли пота.

— Ну вот, а ты говоришь, овощи… Мясо. Однозначно мясо.

Отпущенная чертовка посмотрела на демона обиженно и одобрительно одновременно. С одной стороны ей вдули, реноме неуловимости испорчено, а это плохо. Но и с другой стороны ей опять-таки вдули, а это, как хвостом ни крути, приятно. Она хлестнула демона хвостом по довольной морде и убежала выполнять заказы.

Гекта вернулась за наш столик. На ее губах блуждает счастливая улыбка.

— Вот, — призналась она, — Это именно то, что мне было нужно. Что не давало мне покоя в городе богов. Я исполнила последний танец в Котлах. Гештальт закрыт.

— Теперь мы можем заняться делом? — сухо спросила Лула.

Прежде, чем ответить, Гекта с наслаждением прожевала кусочек мяса, запила черным пивом.

— Да. Теперь я в вашем полном распоряжении.

Я рассчитался за обед, в очередной раз прифигев от ценника. Мы вышли на Темную и быстро поймали карету.

— Зеркальщика знаешь? — фамильярно спросила Гекта у беса возницы.

— Знаю.

— Давай к нему на пальму… и не вздумай возить нас кругами, рога оторву.

Бес привез нас в рабочий район, в котором атмосфера кардинально отличается от вечного праздника Тёмной улицы. Здесь праздником и не пахнет. Здесь воняет серой, потом и рабским дармовым трудом.

— Жди здесь, — приказала бесу Гекта и пояснила для меня, — В этом районе извозчика не поймаешь.

— Заплатить бы сначала, — прохныкал бес, — Задаток бы.

— Со временем будет и задаток, — веско ответил я словами великого комбинатора Остапа Ибрагимовича, и суккуба показала мне большой палец, мол, браво… Марк, что значит школа…

Мы подошли к дверям длинного, косого барака. У дверей крутился мелкий черт.

— Метнись до зеркальщика, — небрежно бросила ему суккуба, — Скажи, Гекта ждет.

Чертёнок исчез за дверью, слегка испортив воздух, а через пару минут вышел тот самый демон, обвешанный кусочками зеркал. В барак он нас приглашать не стал, чему я только рад. Обстановка там, подозреваю, не казарменная даже, а каторжанская.

— Не думал, что снова встретимся, — прогудел крупный демон, — Говорят, ты выступала в Котлах.

— Узнаю седьмой круг, — ухмыльнулась суккуба, — Слухи бегут быстрее кареты.

— Останешься? — застенчиво спросил демон.

— На день здесь, — коротко ответила Гекта, — У Марка к тебе снова вопросы.

— Слушаю.

— В городе богов всплыло зеркало отражения времени, — даю вводную без подробностей, — Расскажи, что знаешь.

— Что знаю… — демон поскреб когтями щетинистый подбородок, — … про ритуал ничего сказать не могу. Не мой уровень.

— Ну а про само зеркало?

— Мне его отдавали на шлифовку, — нехотя ответил демон, — Я его не делал. Опять-таки не мой уровень.

— Кто отдавал?

— Поспрашивайте Двуликого, — выдавил из себя зеркальщик после паузы, — Вроде бы от него приносили.

— И это все? — спрашиваю с сомнением, в надежде вытянуть из демона еще хоть какую-то информацию.

— Все, — убежденно ответил тот

— А вообще давно это было?

— Давно. Я еще не считался мастером. Семь тысяч лет назад не меньше.

— Ну что, скатаемся до Двуликого? — предлагаю оптимистично, усаживаясь обратно в карету.

Но Гекта отрицательно покачала головой.

— Двуликий — демон пятого круга. На пятый круг твоя туристическая виза не распространяется.

— Что ж теперь, возвращаться с пустыми руками?

— Съездить можем, конечно. Но это опасно, Марк, — предупредила суккуба, — Рискуешь попасть в переплет, что даже я не смогу вытащить. Я теперь здесь тоже турист.

— Лула, ты как?

— Чертей бояться, в ад не ходить, — Лула пожала плечами, — Нам нужен результат. А результата пока нет.

— Тогда решено, Попробуем съездить до пятого круга.

Однако на пятый круг нас отказался вести уже сам возница. На границе шестого и пятого он осадил своих жеребцов.

— Я этих дальше не повезу, — обратился он к суккубе, — Ну ты что, хочешь, чтоб меня на вилы поставили? Пусть здесь подождут, ты одна съездишь.