Тихонов очнулся от спячки, покрутил головой и начал отвечать:

— Очень рад вас видеть в добром здравии, Юлиан Семенович, — сказал он первое, что пришло ему в голову. — А оказался я здесь по приглашению организаторов — мне предложена одна из ролей в фильме, который будет снимать уважаемый Дин Рид.

Собравшиеся зашумели, это была достаточно неожиданная информация.

— А что за фильм будет, можно подробности? — попросил Семенов.

— Можно, — перехватил инициативу у Тихонова Дин, — в основу будут положены мемуары Михаила Домогацких «Южнее реки Бенхай». Но в основательной переработке, конечно… тут мы рассчитываем на помощь уважаемого мистера Семенова. Если коротко, то это будет история советского разведчика, выполняющего опасное задание в Южном Вьетнаме. Эту роль возьму на себя я, а мистер Тихонов приглашен на роль генерала службы внешней разведки, курирующего вьетнамские вопросы.

— А из известных американских артистов кто-нибудь будет участвовать? — спросил Семенов.

— Да, конечно, — улыбнулся Рид, — Гаррисон Форд и Сильвестр Сталлоне — они будут антагонистами, так сказать, для советского разведчика, один будет воевать непосредственно в джунглях, второй руководить из Пентагона.

— Это очень необычный проект, — ошеломленно сказал Семенов, — и я, конечно, с большим удовольствием приму в нем участие.

Этот день Дин и Оксана закончили, как нетрудно догадаться, в одной постели. Спустя полчаса Оксана вымылась в душе и тихо спросила:

— А может и меня возьмешь в это кино? Я способная, могу сыграть все, что угодно.

— Агенты КГБ тоже хотят быть артистами? — насмешливо переспросил ее Рид.

— А что, агенты КГБ не люди что ли? — с вызовом ответила она, — ты вон сколько лет прожил с таким агентом, а так и не понял ничего…

— На Ренату намекаешь? — сдвинул брови Дин.

— А на кого же еще — даже младенцы знают, что она на Штази работает.

— Мда… — задумался он, — я подумаю, кем тебя взять в это кино… а пока повернись вот так, пожалуйста… — и он показал, как ей надо повернуться.

Заговор обреченных

На неформальный саммит руководителей союзных республик съехались практически все. Исключая российского представителя, конечно, у РСФСР не существовало своей компартии, и украинского — Кириленко был ставленником Центра, да и возраст у него зашкаливал. Организацию этого мероприятия взял на себя молдавский секретарь Снегур, а происходило оно в пригороде Кишинева, в только что отстроенной новой резиденции руководителей республики.

Перемещение первых лиц по стране протекало с максимально возможной скрытностью. Так, например, на авиатранспорте не полетел никто, пользовались автомобилями и железной дорогой. Более того, часть первых секретарей воспользовалась услугами гримеров и костюмеров, чтобы максимально изменить внешность.

На столе, предназначенном для заседаний, стояли большие кувшины с местным вином — здесь его пили вместо воды. Начал говорить казахстанский лидер Кунаев.

— Товарищи, я думаю, никому не надо объяснять причину нашего сегодняшнего собрания… или кому-то все же надо?

— Поясните в двух слова, Динмухаммед Ахмедович, — попросил грузинский начальник Патиашвили, — чтобы не было недопониманий.

— Хорошо, Джумбер Ильич, — согласился Кунаев, — в двух словах не обещаю, но в пять минут, думаю, уложусь. Процессы, которые начались у нас в стране с приходом нового генерального секретаря, вызывают серьезную озабоченность практически всего руководства союзными республиками. Многим непонятна логика, которой руководствуется московская верхушка власти, особенно в том, что касается межнациональных отношений и взаимодействия регионов с центром. Не добавило уверенности в правильности курса и недавнее размежевание Армении с Азербайджаном. И конечно же, категорическое неприятие вызывает стремление Романова убрать из Конституции СССР пункт о самоопределении республик вплоть до выхода. Казахстан, например, на такую поправку в Конституции никогда не согласится.

— Нас хотят поставить на одну доску с автономиями, — возмущенно выкрикнул со своего места армянин Демирчян, а его поддержал азербайджанец Багиров:

— Зачем менять то, что отлично работало последние 60 лет? Я этого не понимаю…

— Переустройство Карабаха было абсолютно неправильным, — продолжил Демирчян, — недовольными остались обе стороны. Особенное недоумение вызвало привлечение международных организаций — и даром нам этот Перес не нужен был.

— Полностью поддерживаю предыдущих ораторов, — вклинился в диалог Снегур. — Есть такой слух, что следующей в очереди на территориальное переустройство стоит Молдавия — Приднестровье хочет самоопределиться. И центральные власти поддерживают этот план… так ведь и до каждой республики у них руки дойдут, товарищи, уполовинят территорию, если не сказать больше… — и он посмотрел по очереди на каждого сидящего за столом.

— В Грузии этот вопрос тоже стоит очень остро, — высказался Патиашвили, — абхазы давно зубы точат на наш союз, хотят отдельно от Тбилиси собирать деньги с курортников. А за ними и осетины с аджарцами подтянутся. Не надо нам этого размежевания ни под каким соусом, даже под сацебели…

— У нас в Прибалтике, — осторожно высказался латышский секретарь Пуго, — хотя бы с территориальными вопросами все спокойно. Пока. Однако мы всецело разделяем озабоченность наших соседей — ревизия Конституции с дальнейшим урезанием прав республик не нужна никому.