Сталь снова зазвенела. Я не имел шанса перейти в наступление. Едва успевал отбивать выпады и рубящие удары. Хотелось объясниться, вразумить своего оппонента, но на это сил уже не было.

Очень скоро я начал пропускать. Тактика тысячи порезов, очевидно, была у Володия излюбленной. Глубокие царапины не убивали, но сильно кровоточили, болели и стесняли движение. Ну и наверняка радовали моего противника.

— Даже не моли о пощаде, наглец! — воскликнул Володий.

Он нанес резкий, мощный удар! Я отбил, но чуть не свалился вновь.

Еще удар. Отбиваю, но как-то неуклюже.

Фантастическое круговое движение запястьем. Моя сабля отлетает. Едва успеваю отпрыгнуть, но, увы, не в ту сторону.

— Конец тебе, собака! — Рука князя поднялась надо мной.

Сердце заколотилось быстро, но время замедлилось так, что я мог отсчитывать каждый стук. Я уже не знал, что делать. Может, заслониться рукой?

— Князь! — послышался окрик чуть в стороне.

Сабля опустилась, и время снова пошло в обычном темпе. Я поспешно подскочил к своему оружию и поднял его, и лишь затем вгляделся в кричащего. Им оказался боцман Галий.

— Серинида, князь! — снова прокричал он. — Кажется, она того… рожает...

Сабля выпала из рук Володия и звонко прогремела по дереву палубы. На лице его исказилось отчаянье. Он повернулся ко мне и одарил ненавидящим взглядом.

— Похоже, уже не важно. Не успеть к Хезантонцам. — Голос отдавал болью и горечью. — Но и тебе не избежать участи предателя.

— Князь, — обратился я в надежде, что смогу образумить его.

Но он не слушал. Повернулся к бывшим пиратам, которые с интересом наблюдали за нашим поединком.

— За борт его!

Он развернулся и побежал к входу на нижние палубы. А я стоял, глядя вслед и открыв рот, пока несколько рук не подхватили меня.

— Постойте! — заорал я.

Но тщетно. Моряки раскачали меня, словно мешок с песком, и швырнули в море. Я успел вдохнуть воздух и задержать дыхание. Тело погрузилось в толщу воды на метр или больше. Я чуть не выбросил саблю, которую продолжал сжимать. Но все же спохватился и просунул ее в ножны. Затем заработал руками, чтобы добраться до поверхности.

Было чертовски обидно. Сказал князю правду, привел доводы. Он мог бы расспросить боцмана и других моряков, те подтвердили бы, что Зарвик — предатель, а Портий бросил всех, спасая собственную жизнь. Но нет. Горячий князь сразу схватился за оружие.

Я принялся крутить головой, надеясь увидеть остров, где ранее обитал Володий с женой. Но, похоже, «Северный зов» отошел слишком далеко, а я даже не мог прикинуть, в каком направлении остался берег. И сейчас корабль не стоял на месте. Уходил, оставляя меня одного в бесконечном пространстве соленой воды.

Порезы продолжали кровоточить, пока я старательно работал руками и ногами. Боль в соленой воде усилилась. Чтобы дать себе отдохнуть, я опрокинулся на спину и распластался на поверхности.

Я пролежал какое-то время. Кровь продолжала подтекать, и это сильно беспокоило меня. Я слабел и в любой момент мог просто-напросто утонуть. Впрочем, другого итога для себя я не видел... Не видел, пока в какой-то момент не заметил краем глаза какое-то быстрое движение.

Обеспокоенный, я снова принял вертикальное положение и принялся озираться. Почти сразу вдали промелькнул большой острый плавник. Так вот, значит, что меня ждало? Смерть, но не утопленника, а несчастной жертвы свирепого морского хищника.

Акула, казалось, была далеко, метрах в пятидесяти. Могла ли она не заметить меня и проплыть мимо? Я очень надеялся на это, но не верил в такую удачу. Хищница же, словно издеваясь, поплыла чуть в сторону, но тут же круто свернула. Опять плыла мимо, но уже по другой бок от меня.

Надежда исчезла. Акула плыла, виляя туда-сюда, но приближалась она именно ко мне. Очень захотелось развернуться и махнуть кролем прочь от зубастой рыбины. Но все же рассудок подсказывал, что уйти не удастся. Так что вместо бегства я развернулся и чуть погрузился в воду, одновременно выхватив саблю. Все же как удачно, что я не потерял ее при падении в воду.

Акула прекратила вилять и, словно могучая торпеда, двинулась прямиком на меня. Я дернулся, чтобы всплыть на секунду и заглотить в легкие новую порцию воздуха, и сразу же погрузился вновь.

Страшно было выпустить эту бестию из поля зрения. Тело акулы было длинное, массивное, с большим гребнем сверху и плавниками по бокам. На такой туше ее черные злые глаза казались крошечными. Когда между нами оставалось лишь два метра, ее нижняя челюсть сдвинулась вниз. Два ряда острых зубов-кинжалов кровожадно блеснули в прозрачной воде. Красные десны намекали, что меня ждет. Но я уже собрался и готовился дать отпор.