— Мы не можем не дышать, — выдохнула, наконец, Анна и снова захрипела и закашлялась.

Нужно было срочно что-то предпринять. Но меня отвлекало то, что я пытался осмотреться в новом месте. Однако первое, что я увидел, это живоглота, сидящего на моём плече.

— Почему не в Лимбе, — хрипя, спросил я, хотя уже договаривая, знал ответ.

— Тут его нет, — ответил Пушок и по привычке выпучил глаза.

Впрочем, он особо не мучился. В первые секунды в новом мире он раскрыл пасть, и оттуда появился пузырь, похожий на слюдяной, который, вырвавшись из пасти живоглота, облёк его в прозрачную сферу, внутрь которой, как я заметил, дым не проходил. Эта защита фильтровала воздух, что было для нас очень кстати.

— А нам можешь такие сделать? — спросил я, указывая на прозрачную сферу.

Живоглот несколько раз мигнул глазами.

— Слишком большие, — ответил он после раздумий.

— Только на голову, — я руками показал, какого размера нужна защита, так как интуитивно догадался, что Пушок неправильно меня понял и подумал о сферах размером с человека.

— Это можно, — совершенно безэмоционально согласился он.

И тут же выдул новый шар из своего зоба, который прошёл сквозь его собственный, как будто они вообще не соприкасались. Я тут же надел на голову и вдохнул. Я опасался, что защита живоглота будет дурно пахнуть или плохо фильтровать, но все эти мысли оказались несостоятельными. Защита была прекрасной и ничем не пахла. Как и воздух, который доходил до моего носа. Кажется, он был даже слишком стерилен. Но в данной ситуации выбирать не приходилось.

Следующие две сферы я раздал спутникам. И теперь у меня появилась возможность оглядеться по сторонам.

Мир, раскинувшийся вокруг нас, казался поглощённым магическим пламенем и удушливым дымом. Последний иногда рассеивался, и тогда открывались чудовищные подробности места, где мы оказались.

Всё вокруг, даже перспектива, казалось искажённым и чужим. Мы стояли посередине аллеи, образованной то ли обломками разрушенных зданий, то ли мертвенными деревьями. Хотя я сомневался, что в подобной атмосфере может хоть что-то расти. То тут, то там на фасадах-стволах встречались кроваво-красные кристаллы, испускающие пульсирующий свет, который в свою очередь отбрасывал смутные и тревожные тени. И было неясно, прячется в этих тенях нечто странное и опасное, или это они сами причудливо двигаются.

— Бездна, — прошептал Борис, оглядываясь вокруг.

— Не думаю, — ответил я на это. — Мы слишком далеко от дома, чтобы там хоть что-то знали об этом мире.

— Но, если бы меня попросили описать Бездну, я изобразил бы её именно такой, — он обвёл руками окружающее нас пространство и добавил: — Условия жизни, невыносимые для людей. Отсутствие возможности использовать магию. Горький дым, наполняющий лёгкие с каждым вдохом и убивающий всё живое. Ощущение, словно пытаешься вдохнуть внутри печи.

Пока он говорил, его лицо вспотело, и на нём образовались крупные капли пота, которые падали под ноги, беспрепятственно проходя сквозь защитную сферу. Анна тоже вспотела, но выглядела собранной, хоть и дезориентированной.

— Магия тут всё-таки есть, — сказал я и поймал на себе их удивлённые взгляды. — Но только пассивная, защитная. Анна, — обратился я к императрице, — наверняка, у вас есть разные ментальные методики, попробуйте их. Моя защита работает.

Та на некоторое время замерла, видимо, проверяя мои догадки. А Борис глядел куда-то вдаль, где проглядывались исковерканные и скрученные башни небоскрёбов, больше напоминающие шпили готических замков, сплавленные в небывалом огне.

— Я чувствую, как таю, — проговорил Борис, глядя на меня, и я обеспокоенно пригляделся к нему. — Но не физически, — поспешил он успокоить меня. — Мне кажется, что моё существо начинает плавится под воздействием окружающей агонии, а душу наполняет отчаяние.

— Не замечал в тебе раньше поэтических наклонностей, — усмехнулся я и увидел, как от движения моих плеч живоглот чуть не слетел на землю, поэтому впредь решил быть осторожнее. — Но получилось красиво, хоть и сумрачно.

— Мне кажется, что время исчезает, а я нахожусь в столь абсурдном мире, что он полностью противопоставлен нашей реальности, — он взглянул на меня, и в его глазах я прочитал страх. — Такое ощущение, словно я попал в ночной кошмар, из которого никак не могу выбраться.

— Есть! — наконец, воскликнула Анна. — Действительно есть ментальная защита!

— Борис, а у тебя есть какой-нибудь щит для мозга? — спросил я, наблюдая за тем, как друг постепенно погружается в панику. — Быстрее задействуй его!

— В этом ужасном мире горе не покидает человека, — проговорил барон Крамер, но в этот же момент просветлел ликом, так как, видимо, включил нужные механизмы в своём разуме. — Но продолжает подталкивать его к поиску надежды и спасению. Возможно, именно в борьбе за выживание мы найдём истинное значения своего существования… — он замолк, задумался, судя по всему, ещё что-то подкрутил и выдохнул. — Фу-ф, чуть было паническую атаку не схватил. А тут ядовитая атмосфера.

Всё это время мы двигались, постепенно отходя от места, где появились в этом мире. Понятное дело, что никакого портала, который мог бы нас вернуть назад, не существовало. Выбираться отсюда мы будем как-то иначе. Но пока об этом думать рано, потому что надо найти остальных наших.

Кстати, а где они? Мне казалось, что мы должны будем оказаться прямо возле них, но вместо этого оказались в средоточии магического пламени, которое не сжигало, но доставляло достаточно дискомфорта. Мне нужно было сосредоточиться и настроиться на поиск.