В этот момент показалось, что сзади кто-то закричал. Я обернулся, но источник непроглядного дыма там сейчас был слишком активен, поэтому я ничего не разглядел.

— Кто-нибудь что-нибудь слышал? — спросил я, но оба спутника покачали головой в ответ.

— Куда нам идти? — озвучила мои мысли императрица. — Я, честно говоря, в растерянности.

— Я сейчас попробую засечь кого-нибудь из наших, — ответил я, останавливаясь и закрывая глаза. — Вы тоже пробуйте. Борису будет сложнее, а вот вам, Анна, может посчастливиться ощутить своих родных.

Она послушала меня и тоже сосредоточилась на внутренних чувствах. Борис, глядя на нас, замер рядом и, возможно, тоже стал прислушиваться к самому себе.

Я протянул незримые нити от своего сознания прочь от тела, стараясь разбросать их, как можно дальше, словно рыбак, закидывающий леску с крючком и наживкой. Сначала мне это казалось абсолютно бессмысленной затеей, потому что вокруг меня непреодолимой стеной стояла чуждая сила. Но затем она стала потихоньку поддаваться, а я расширял горизонты поиска.

Наконец, впереди и чуть слева я почувствовал родственное создание. Мне даже не надо было проверять, потому что я был абсолютно уверен, что это моя сестра. Итак, самое главное для меня было ясно. Мы попали туда, куда надо. Далеко ли находится Вероника, я не знал, но надеялся, что не особо, потому что, когда я ощутил её ауру, она мне показалась очень слабой.

— Пушок, ты сможешь сделать ещё сферы? — спросил я, поняв, что проблема может быть именно с дыханием.

— Да, — коротко ответил он и ещё сильнее вцепился в моё плечо, аж впившись когтями в кожу.

— Борис, Анна, — я окинул взглядом своих спутников. — Кажется, я их нашёл.

— Подождите! — раздался крик из дыма. — Помогите!

Мы все вместе обернулись на зов и увидели одного из работников тайной полиции, который нёс другого. И, если первого я видел только вскользь, то второго я знал очень хорошо. Полковник Голицын пребывал без чувств, и его конечности болтались, словно у тряпичной куклы.

— Что случилось? — холодно поинтересовался я.

Честно говоря, после того, как я узнал личность того, кому надо помочь, у меня это желание резко пропало. Ничего хорошего от Голицына я не видел. А сейчас помощь ему была чревата тем, что мы опоздаем к нашим.

И всё-таки просто взять и оставить его тут я не мог. Некая часть меня, которая несравнимо больше каждого человека по отдельности, противилась этому.

— Я не знаю, — ответил мне более молодой сотрудник, и только сейчас я увидел, что он прикрывал рот рукавом, поэтому стоило ему вдохнуть воздух без этого примитивного фильтра, как он сразу закашлялся. — Мы только вышли, он сразу начал кашлять и упал.

Когда я приблизился к полковнику и попытался прощупать пульс, у меня ничего не получилось. Не вздымалась и грудь Голицына, что было уж из рук вон плохо.

— Борис, — резко позвал я, — он не дышит, что можно сделать?

— Душа — вкусно, — решил подсуетиться живоглот.

— Я тебе дам вкусно, — осадил я его. — Не смей! Лучше дай сферы защитные.

Тот выдал одну, которую я приладил на более молодого сотрудника тайной канцелярии. А вот вторую он делать не спешил.

— Чего замер, Пушок? — поинтересовался я в то время, пока Борис осматривал полковника.

— Ему без надобности, — коротко ответил живоглот и несколько раз моргнул.

— Это уж мне решать, — ответил я и переключился непосредственно на Голицына, поинтересовавшись у Крамера: — Что можно сделать?

— Если бы магия работала… — проговорил тот и замер, после чего тут же начал делать непрямой массаж сердца.

К нему подключилась Анна, хотя делала она всё не так чётко, как та же Сабина, но тут дело было, скорее, в спешке, очень уж императрица хотела увидеть своих. А я решил, что должен сосредоточиться на каком-то ином методе. Что обычно делают при запуске сердца?

Проблема заключалась даже не в том, что я не знал, что ещё можно предпринять, кроме непрямого массажа сердца. А в том, что не работала магия. У меня был изменитель, и я мог бы сотворить банальную целительскую магию.

И тут мне на ум пришла мысль, что изменитель не принадлежит тому миру, откуда мы прибыли, поэтому, вполне возможно, он будет работать и тут. То есть не со всеми видами магии, естественно, раз уж тут своя магическая атмосфера, но с какими-то должен?

Я сжал левой рукой артефакт и привычным усилием воли постарался заполучить любую целительскую силу. Вопреки моим ожиданиям ничего не вышло. Была в этом мире некая завеса, которая противилась использованию любой магии чужаками.