Раскопки найденного древнего сооружения начались немедленно. Здание находилось посреди сначала вырытого экскаваторами кольца вокруг него, а потом уже аккуратно подчищенного копателями экспедиции глубокого – около пятидесяти метров ниже поверхности земли, – котлована, спускаться в который можно было либо по одной из длинных деревянных лестниц, огороженных перилами и расположенных вдоль стен котлована, либо на подобии лифта – сколоченного из дерева ящика с вырезанными окошечками, поднимаемого и опускаемого лебёдкой. К слову, этому лифту работники экспедиции не особо доверяли, прозвав его «гробом на верёвочке». Так что данная конструкция использовалась, в основном, для подъёма и спуска оборудования, а люди всё же предпочитали расположенные вдоль стен длинные лестницы, говоря, что пусть забираться по ним и труднее, и дольше, но всё же надёжнее.

Снаружи здание освободили от грунта довольно быстро, внутренние работы двигались медленнее. Несмотря на то, что сканирование показало, что внутри найденного сооружения отсутствуют предметы быта древних людей, археологи всё же надеялись на чудесное явление хотя бы чего-нибудь, что бы смогло указать на то, что эта конструкция здесь делала, и для чего была предназначена.

Работы уже подходили к концу, и, не ожидая ничего нового, Александр решил уехать всего лишь на один день, оставив группу учёных колдовать над «загадкой тысячелетий», как они прозвали это странное строение. И вот, как раз в момент его отсутствия кто-то из сотрудников, наконец-то, нашёл хоть что-то отличное от гладких голых стен!

Так получилось, что само место раскопок находилось довольно близко от города, в котором жила и работала мать Александра. Достаточно было провести за рулём автомобиля около трёх часов, и Александр был уже на месте раскопок.

Это лето было очень жарким, поэтому всю дорогу Александр, наблюдая за спешащими навстречу легковушками, водители и пассажиры которых, изнывая от превышающей все допустимые пределы температуры, открыв окна, высовывали в них руки, а иногда и головы, радовался тому, что в своё время приобрёл, пусть и недорогой, но всё же оборудованный встроенным кондиционером, автомобиль.

Добравшись до места раскопок, Александр, оставив машину на стоянке возле пропускного пункта, оборудованного биометрической системой проверки и постоянно охраняемого парой крепких мужчин в военной форме, поспешил к находящемуся примерно в полутора километрах от проходной котловану.

Было начало июля, солнце палило нещадно, а Александр, которого телефонный звонок сорвал прямо с торжества, думая лишь о загадочной находке, и не помыслил зайти домой переодеться, решив, что сменит выходной костюм на более удобные летнюю рубашку и джинсы во временно построенном для работников бараке, где у него, как у руководителя экспедиции, была своя отдельная комната. Теперь уже мужчине казалось, что те полчаса, которые он бы потратил на переодевание, могли бы существенно облегчить ему жизнь. Листва деревьев в лесу, посреди которого производились раскопки, мало спасала от летнего зноя, и лишь то, что внизу, в котловане всегда немного прохладнее, вселяло надежду, что его заживо не спалит полуденное солнце.

Несмотря на то, что уже около полумесяца не было дождей, трава между деревьями радовала глаз свежей, сочной зеленью, местами то здесь, то там, попадались ярко-синие соцветия цикория, какие-то, неизвестные Александру, жёлтые, похожие на одуванчики, цветы, а на полянах встречались крупные, розовые пятна мальвы. Чуть ниже, возле речки, цвели ирисы, а на самой реке среди зелёных водорослей можно было увидеть вылезшие из воды круглые кувшинки.

Но сейчас мысли Александра, обычно получающего огромное удовольствие от созерцания красоты летних полей и лесов, занимала лишь та находка, о которой ему сообщил по телефону Андрей. Быстро преодолев расстояние от проходной до котлована, Александр, даже несмотря на то, что очень спешил, не стал пользоваться лифтовым устройством, так как совершенно ему не доверял, а просто спустился по деревянной лестнице, опоясывающей внутреннюю окружность котлована, и направился к раскопанному строению. Стены котлована находились на расстоянии около пятисот метров от найденного строения. И здесь действительно, как и предполагал Александр во время своей прогулки по знойному лесу в совершенно неподходящем для этого костюме, было намного более прохладно, чем наверху.

Войдя в помещение, он, уже не сдерживая себя, перешёл на бег, буквально влетев в самую большую из комнат, окрещённую группой учёных, занимающихся этим проектом, главным залом.

Уже фактически полностью освобождённое от окруживших его слоёв земного грунта и образовывающихся тысячелетиями горных пород здание было довольно необычным и абсолютно не вписывалось в представление о жилищах ни одной из известных древних цивилизаций. Целиком сооружение геометрически представляло собой совершенно ровный цилиндр с плоской крышей, в самом центре которого находилась большая, круглая в сечении комната, а вокруг неё лучами располагались пять одинаковых помещений, внутренние три стены которых имели равную длину, а внешняя, самая длинная, сделана из неизвестной, абсолютно прозрачной изнутри, но не просматривающейся снаружи, твёрдой породы. Стены внутреннего круглого помещения, вообще говоря, не были прозрачными, но каким-то непостижимым образом, днём пропускали свет, а ночью его излучали, словно могли накопить за день ту энергию, которая необходима для ночного освещения. Причём это освещение стены испускали только во внутреннюю часть помещения, внешние комнаты так не освещались. После того как главный круглый зал найденной конструкции был полностью очищен от многовековых отложений, обнаружилось, что внутри него было всегда светло, боковые же комнаты на ночь погружались в темноту, пропуская лишь приглушённый свет луны и звёзд, если погода это позволяла. Снаружи же весь цилиндр представлялся цельным непрозрачным монолитом с одним-единственным ориентированным на восток входом-прямоугольником.

Соединялись комнаты ровными, хорошо отполированными дверными проёмами. Впрочем, отделка всего – стен, полов и даже внешней части здания – не была повреждена, словно осуществили строительство совсем недавно, хотя уже и было доказано, что строению миллионы лет. Один из этих дверных проёмов находился строго посередине стены смежной с центральной комнаты, и направление из центра комнаты к его середине было немного отклонено от западного. Остальные комнаты соединялись между собой симметричными проёмами в боковых стенах, лучами отходящих от центрального зала. Внешний вход в строение, как было отмечено ранее, находился с восточной стороны, и тоже располагался строго между лучевыми стенами. Все внутренние проёмы имели метровую ширину и двухметровую высоту. Внешний же был шириной в два метра, а высотой в три. И ни один из этих дверных проёмов не содержал ничего, что хоть отдалённо напоминало бы дверные петли или что-то подобное. Либо здесь вообще не было предусмотрено наличие дверей, либо двери настолько отличались от тех, что запирали жилища на Земле, что трудно было угадать их конструкцию. Разве что к дверным проёмам что-то прислоняли. Но в голове не укладывалось, чтобы при наличии технологий, способных создать прочнейший материал конструкции здания, обитающие здесь люди, или существа, в общем, кто бы то ни был, ограничились, например, приставленными к ровной, аккуратно отполированной дыре в стене сломленных веток дерева. Была, конечно, сомнительная вероятность, что входы в здание и комнаты вовсе не предполагали наличие дверей. Но на самом деле никто из исследователей, работающих здесь, в это не верил.

Сразу после того, как оставил машину на стоянке, Александр созвонился с Андреем, который сообщил ему, что будет ждать его внутри раскопанного главного здания. После того, как внутреннюю часть здания освободили и полностью очистили, было решено поместить сюда некоторую мебель и специальное оборудование для замеров и исследования материалов конструкции. Это было удобнее делать на месте в связи со спецификой найденного строения. Тем более, что повредить здесь что-то не представлялось возможным. Таким образом, с согласия руководства, спонсирующего экспедицию, внутри найденного цилиндрического строения был размещён кабинет руководителя раскопок и исследовательская лаборатория. Внутренние двери были расположены так, что повредить оборудование можно было только специально. Ни дождь, ни ветер сюда проникнуть не могли, а температура внутри всегда держалась постоянной – около двадцати трёх градусов по Цельсию. Что этому способствовало пока было непонятно, хотя работы шли и в этом направлении. Если бы можно было определить способы поддержания такой климатической зоны в помещении без наличия кондиционеров и обогревателей, это стало бы прорывом в современной энергетической отрасли.