Боль в голове каким-то образом дошла до ее желудка. Мишти положила руки на живот, ощутив резкий приступ боли. Она прислонилась к кухонному столу. В момент, когда с ее губ слетел стон, кто-то постучал в дверь.

Если бы Мишти чувствовала себя лучше, то открыла бы, но в тот момент она просто не могла ни о чем думать. Боль рывками перемещалась вверх-вниз по ее бокам. Казалось, она брала начало где-то в промежности. Мишти на подгибающихся ногах добралась до двери.

– Здравствуй. Решила зайти поболтать. – Сиара сияла от радости, стоя на пороге и держа руку на животике. Но уже через несколько мгновений она перестала улыбаться, увидев лицо Мишти. – О, боже. Ты в порядке?

Спазмы стали невыносимыми, и Мишти отшатнулась назад. Сиара бросилась к ней, схватив за плечо.

Они вместе упали на пол. Одна – глубоко беременная, другая – с кровью, льющейся между ног.

– Что со мной происходит? Я не понимаю, что со мной происходит! – закричала Мишти.

Сиара обняла соседку, прижав ее голову к своей груди. Другой рукой она достала телефон. – Я сейчас позвоню в скорую, ладно? Все будет хорошо. Я все сделаю.

Мишти была благодарна Сиаре за то, что она не спросила, где ее муж.

Несколько часов спустя Сиара уже укладывала ее в постель.

Они вернулись из больницы, и Сиара включила отопление в доме. Она помогла Мишти переодеться в чистую одежду, сделала ей бутерброд с маслом и чашку чая.

Мишти понадобилось несколько часов, чтобы плод вышел. Когда акушерка пренебрежительно заявила ей, что она еще молодая и здоровая и у нее впереди еще много лет, чтобы родить, Сиара бросила на женщину испепеляющий взгляд.

Уже дома Сиара подвинула к кровати стул и села на него. Она прислонила к щеке чашку чая, которую держала в руках.

– Поспи немного. Я никуда не ухожу.

Вот такую Сиару она пыталась вспомнить, когда той ночью лежала рядом с Партом, но ей было жутко интересно, какую версию Сиары видел в своих снах он. Наступило утро после их ссоры, и примечательным оно было не только потому, что они редко ругались, но и потому, что Парт сам приготовил себе тост. Мишти ощутила запах теплого хлеба, зайдя в дом после того, как отвезла Майю в детский сад. Дом на мгновение показался гостеприимным. Похожее ощущение обычно возникает от попкорна с растопленным сливочным маслом, теплых батарей или светящихся гирлянд, висящих на стеллажах с книгами.

Парт уже собрался на работу. Это не совпадало с его привычным графиком. В последнее время он был полон сюрпризов.

– Что хочешь на завтрак? – спросила она, откладывая вещи.

– Я уже поел.

– Один тост?

– Да. Я не очень голодный. Попозже чем-нибудь перекушу в колледже. Я заглядывал в холодильник, хотел взять с собой остатки вчерашней еды.

– Ага, я их выбросила.

Если он и удивился, то не подал вида. А может, просто не услышал.

Мишти включила чайник, пока Парт был на кухне. Держа тост в руке, он повсюду ронял крошки.

– Помнишь, что я сказал тебе вчера вечером? – Она не ожидала, что он снова поднимет эту тему. Они редко растягивали ссору, если она у них и случалась: вместо этого они просто жили, как и раньше, занимаясь своими обычными делами.

– Кажется, да.

– Тебе надо держать себя в руках. Нельзя терять собственное «я» только потому, что у тебя появились новые подруги.

И все его образование, степени исследования нужны были, чтобы прийти вот к такому выводу? Что ей надо было стать менее дружелюбной с местными?

– Я сегодня пойду гулять с Сиарой.

– Я не запрещаю тебе с ней видеться.

– Окей.

– Мишти, ты вообще слышишь, что я тебе говорю?

– Да. Ты не хочешь, чтобы я превращалась в одну из этих женщин.

– Вроде того.

Ей хотелось над ним посмеяться: настолько нелепо он звучал. Парт боялся, что Сиара на нее повлияет, потому что хотел, чтобы жена продолжала прислуживать ему. Он женился на хорошей, одомашненной бенгальской женщине, которую выбрали его родители, и хотел, чтобы она такой и оставалась.

– Я это учту, – кивнула она.

Парт поднял брови и, казалось, уже собирался что-то ответить. Его нарастающая ярость прервалась – начал закипать чайник.

– Я дам тебе знать, если снова задержусь, – сказал он.

Мишти повернулась к раковине, чтобы взять тарелки, оставшиеся после завтрака Майи. Она никогда не пользовалась посудомоечной машиной и не собиралась делать этого сейчас: мытье посуды помогало ей занять руки.

Мишти услышала, как Парт проходит по дому, хлопая дверьми. Через несколько минут она снова окажется в одиночестве. И вновь начнет его ждать.