Она стояла, прислонившись к стене и прижав к себе Финна, словно он был единственным, кто сможет ее спасти.

– Я ближе познакомилась со своей домработницей, но это ведь не значит, что я теперь планирую провести с ней жизнь.

Шон улыбнулся, хотя Сиара не пыталась его рассмешить.

– Сиара, можешь отпустить Финна?

– Нет, я не собираюсь этого делать.

– Я хочу тебя поцеловать.

– Этого не будет.

Под пристальным взглядом Шона Сиара все-таки положила Финна в манеж. На небольшом расстоянии друг от друга они вдвоем стояли на кухне.

– Сиара, все, что нам нужно, это быть честными с людьми, которые нас окружают. С Лорен, Джерри, детьми.

– В чем честными? Что секс был хорош?

– Да, секс был хорош. И сейчас хорош.

– Мне нечего им сказать.

– Просто Лорен не может… она не встанет у меня на пути, если я решу от нее уйти. Но это не значит, что я покину и своих детей. У тебя с Джерри может сложиться такая же ситуация.

– Шон, я тебе уже говорила. Я не заберу у него детей. Им нужен отец.

– Ты его любишь?

– Не спрашивай. Правильного ответа нет. Ты лучше, чем кто-либо другой, должен понимать, как сложно ответить на подобный вопрос. Я знаю, что у тебя есть чувства к Лорен.

Кажется, это сработало. Шон выглядел встревоженным. Он потирал лицо и шею, слегка наклоняясь вбок. Казалось, некая невидимая сила начала его сгибать.

– Окей, да, все сложно. Мои чувства к Лорен никуда не делись, но ты же знаешь, что я ощущаю по отношению к тебе. – Сейчас Сиара не испытывала по отношению к Шону ничего, кроме стыда. – Как только все о нас узнают, нам больше не придется скрываться. Ты беспокоишься за детей и Джерри, потому что думаешь, что мы должны будем сбежать и жить тайно. Но нам не придется этого делать.

– Меня беспокоит, какой бред ты несешь.

Она взглянула на Финна, который, как ни странно, даже ни разу не пикнул. Малыш был слишком увлечен драмой, разворачивавшейся у него перед глазами. Сиаре стало интересно, осмысливает ли сейчас ее слова какой-нибудь уголок его растущего мозга. Будут ли они потом эхом звучать у него в голове? Будучи уже взрослым мужчиной, начнет ли он вскакивать в холодном поту, потому что они звенят у него в ушах?

Секс бы хорош. Я знаю, что у тебя есть чувства к Лорен. Следи за языком при моем сыне.

– Считаешь, что все, что между нами произошло, – мои фантазии? – Казалось, Шон был обижен, и это ему не шло.

– Ты придумал чувства. Все, о чем ты рассуждаешь, было между строк. Я ничего не говорила. Мне хотелось, чтобы у меня был секс с кем-нибудь, кроме мужа. И ты оказался в нужном месте, буквально у меня перед глазами.

Сиара не могла вспомнить, какой у него оттенок кожи: сейчас он казался серым.

– Сиара, ты же не серьезно. Ты вообще понимаешь, что ты мне сейчас говоришь?

– Да, конечно, и надеюсь, что ты меня слышишь. Не знаю, как еще лучше до тебя все это донести. Все кончено.

– Черт! – закричал он, а затем взглянул на Финна. – Черт, прости. Какого хера, Сиара! Может, уберешь куда-нибудь этого ребенка?

– Он у себя дома. Это тебе надо убраться куда-нибудь еще. – Шон в панике оглядел комнату, словно искал, что бы взять в руки. На какое-то мгновение Сиара испугалась, что он натворит что-нибудь еще. – Джерри может вернуться домой в любой момент. – Ничего лучше в голову ей не пришло. Шон изумленно на нее взглянул.

– Что?

– Я сказала, что Джерри скоро будет дома. Тебе надо идти.

– Может, в таком случае мне лучше остаться. Введем его в курс дела.

– Тебе надо пойти домой и хорошенько подумать над тем, что ты сейчас говоришь. Хочешь потерять детей? Это случится. Будешь продолжать в том же духе – и Лорен их у тебя заберет.

– Она этого не сделает. Она все понимает.

– Понимает, почему тебе изо всех людей нужно спать именно со мной? Вряд ли, Шон. – Наконец Финн закричал, и Сиара к нему бросилась. – Слушай, уходи, пожалуйста. Поговорим позже.

– Ты говоришь, что все кончено?

– Да, именно это я и говорю, Шон. Все кончено. Я даже не планировала так долго с тобой пробыть. Все это начинает выходить из-под контроля.

– То есть я в тебя влюбляюсь, а ты хочешь, чтобы я ушел?

Он звучал, словно ребенок, расстроенный тем, что праздник подходит к концу.

– То, что ты ко мне испытываешь, – это не любовь. Прислушайся к себе, Шон. У тебя есть Лорен. У тебя есть Фрея, Гарри и Уиллоу.

Сиара надеялась, что, произнеся имена его детей, выведет его из этого состояния.