– А зачем она приходила?

– Не знаю. Она меня обвиняла, делая вид, что переживает за твое благополучие и нашу дружбу, – отмахнулась Сиара. – Но думаю, что дело было в другом. Возможно, она знает про нас.

– Почему? Что она сказала?

– Она меня назвала деревенской шлюхой. Можешь в это поверить?

– Так дело было не в Шоне?

Сегодня Мишти заметила во взгляде Лорен нечто особенное: жестокость и полное отсутствие страха перед последствиями. Теперь она не понимала, кого ей стоит бояться – Лорен или Сиару.

– Может, и в нем. Не знаю. Возможно, она в курсе. Шон рассказал ей, что у него есть любовница, – покачала головой Сиара, словно считала, что он поступил низко. – Но не сказал, что это я.

– Она догадалась, – сказала Мишти.

Обе пристально посмотрели друг на друга, и Сиара на мгновение закрыла лицо руками.

– Да, может, и правда. Она могла увидеть, как Шон сюда идет, и последовать за ним. Или просто хотела поговорить со мной и посмотреть, не признаюсь ли я во всем. Конечно, я не буду этого делать. Зачем мне это нужно?

– И что теперь?

– Ничего. Не знаю. Да, ничего. А что я могу сделать? Только убедиться, что Шон понял, что между нами все кончено. Он все еще хочет все обсудить. Отказывается принять «нет» в качестве ответа.

Мишти удержалась, чтобы не повторить то, что тогда сказал ей Шон. Возможно, он любил Сиару.

Нет, не может быть. Это была похоть или что-то еще, но точно не любовь. Не все способны влюбляться. Это чувство не необходимо для выживания, как дыхание, умение ходить или пищеварение. Не всем людям суждено испытать это ощущение, которое трудно описать словами. И Нил, И Парт когда-то предложили ей сбежать, но ни одному из них не удалось довести дело до конца. Даже будучи с Нилом, она понимала, что речь не о любви, простой и понятной. Единственной настоящей любовью, которую она испытывала, была любовь к Майе, и вряд ли Шон испытывал то же к Сиаре.

– Ему придется с этим смириться. Может, должно пройти несколько дней. Или несколько недель. Он поймет, как глупо себя вел. Его место – рядом с семьей. А мое – тут.

– Прости, но мне пора, – перебила ее Мишти. Не успев закончить предложение, Сиара зависла с приоткрытым ртом, растопырив пальцы в воздухе: перед этим она энергично жестикулировала, осуждая Шона. Когда Мишти направилась к выходу, она ее остановила.

Ладонь Сиары на плече показалась ей чужой.

– Мишти, почему ты уходишь? Ты мне нужна. Я же тебе помогла в прошлом, когда ты в этом нуждалась.

– Не хочу быть частью всего этого.

– Частью чего? Думаешь, я тебя прошу поучаствовать в подлости, которую творю?

– Сиара…

– А что тогда, Мишти? Скажи мне, почему ты, черт возьми, не хочешь снять свое сраное белое пальто и просто минутку подержать меня за руку?

– Как я могу тебе помочь? Что я должна сделать? Сказать, что все будет в порядке? А будет ли? Ты изменяешь мужу. Сколько раз ты ему изменяла? Со сколькими мужчинами?

– Между Партом и мной ничего нет. Ты ведь это хочешь знать, да? Вот в этом все и дело. Ты же видела, как он на меня смотрит. Замечала, как мы с ним разговариваем. Ты ревнуешь.

– Я не ревную, Сиара.

– А что тогда?

Мишти не могла поверить тому, что видит. В голубых глазах Сиары появились слезы. Хотя она быстро их смахнула, кончик ее носа заметно покраснел, а ее нижняя губа даже на мгновение задрожала. Мишти моргнула, и на лице Сиары уже не осталось ни одного признака ранимости.

– Я не хотела никого обидеть. Особенно тебя, – виновато произнесла Сиара.

– Я не обиделась.

– Но ты больше не хочешь со мной общаться. – Сиара плюхнулась на высокий барный стул и начала медленно крутиться. – Мишти, ты мне сейчас очень нужна. Черт возьми. Я в таком раздрае.

Мишти несколько секунд помолчала. Она была готова уйти.

– Прости, Сиара. Я не могу остаться.

Сиара злилась на всех, включая себя. Она позволила всей этой ситуации выйти из-под контроля. Теперь она уже не была уверена, что сможет избавиться от Шона так легко, как планировала. И еще больше она сомневалась в том, что Мишти к ней вернется.

Той ночью, после того, как Лорен, Шон и Мишти ушли из ее дома, она провела, перебирая и сортируя наряды в своем гардеробе. Сиара подбирала подходящие туфли к вязаному обтягивающему платью, для которого уже была недостаточно стройной. Она повязала шелковый шарф цвета фуксии вокруг воротника черного льняного платья на пуговицах. Заправила белую майку в полосатый сарафан. Потом Сиара сделала шаг назад и внимательно осмотрела свой гардероб, представляя себе жизнь, в которой могла бы снова каждый день носить все эти вещи. Что ее останавливало? Ей было некуда это надеть.

Утром она выбрала один из тех нарядов, что никогда еще не носила: белое воздушное платье с рюшами на талии и эффектными пышными рукавами. К нему Сиара надела пару абсолютно новых сандалий. Несколько месяцев назад розовая помада, выставленная на прилавке универмага Debenhams, выглядела впечатляюще. Теперь, лежа на полочке в ванной, она казалась немного броской, но Сиара все равно накрасила ею губы.

Она собиралась забросить Финна к Лиз.

Словно собака, которую везут к ветеринару, сын не знал, куда они едут, пока Сиара пристегивала его к креслу. Он все время капризничал и плакал, поэтому по дороге в детский сад Белла на него жаловалась.