Я внимательно ловил каждое слово, потому как эта информация мне была известна лишь по отдельным обрывкам. Большую часть я узнал за время разговоров с Зиминым и Уваровым, а Родя вообще не особо распространялся на эти темы.

— Представляю вашему вниманию декана факультета стихийников, Аркадия Борисовича Колмыкина!

Тот самый слащавый тип, создавший мне проблемы на собеседовании, поднялся с места и сдержанно кивнул. Его тут же поддержали бурными аплодисментами. Родион, сидевший рядом со мной, хлопал в ладоши едва ли не громче всех. Колмыкин небрежно поднял руку, призывая всех к тишине, и сел на место.

— Как же он крут! — заорал мне на ухо Серафимов, пересиливая затухающие аплодисменты.

А как по мне, заносчивый урод. Да, красиво одет, но внутри гнилой. А ведь как держится! Этот заносчивый надменный взгляд, горделивая осанка… Понимаю, почему он так импонирует дворянам. Многие из сидящих в зале хотели быть на него похожими, поэтому не удивительно, что Колмыкин получил такую бурную поддержку. Да и стихийников было много в зале, поэтому студенты приветствовали своего декана и наставника.

— Декан факультета оборотников и их наставник, Анатолий Семёнович Даманский!

Высокий широкоплечий мужчина с мощной нижней челюстью и угрюмым взглядом поднялся с места и закивал головой. Его приветствовали в основном лишь оборотники, которых в зале оказалось чуть меньше, чем стихийников.

— Остроумова Акулина Ивановна, наставница предсказателей и их декан.

С места поднялась невысокая круглолицая женщина, которой на вид было лет шестьдесят. Она обвела взглядом зал и кивнула, а потом заняла место. Воспользовавшись заминкой, я повернулся назад и поискал глазами Миру. Она сидела в третьем ряду с Региной и радовалась назначению наставника. Судя по жидким аплодисментам, предсказателей в зале оказалось не особо много, человек пятнадцать, но я присоединился к овациям, потому как эта женщина мне нравилась — её добрый взгляд сразу располагал.

— Не старайся особо, она вряд ли будет вести у нас занятия, — пробормотал мне на ухо Родион. Бред! Такое впечатление, будто к человеку нужно относиться хорошо, только если тебе от этого может быть какая-то польза.

— Декан факультета артефакторики, Лёвушкин Григорий Иванович!

А вот этот преподаватель нам был хорошо знаком. Это он занимался нашим расселением в общежитии и приглашал войти во время собеседования. Худощавый профессор в круглых очках поднялся с места и учтиво кивнул.

— Легендарный профессор, между прочим! Нашей академии очень повезло заполучить его в состав преподавателей, — радовался Уваров.

— Теоретик, не имеющий ничего общего с практикой, — отмахнулся Родион, который не спускал глаз с девушки, сидевшей с самого края преподавательского стола.

— Что? — Кеша чуть не подскочил с места, услышав реплику Серафимова. — Лёвушкин — изобретатель вакуумных сфер для батискафов, автор работ по молекулярной динамике и создатель теории атмосферного электричества!

— Говорю же, чудак, который просто мелет языком, — спокойно парировал Родион.

— Да как ты смеешь! — закричал Кеша, но тут же замолчал, потому как по залу пронёсся возмущённый голос Гронского:

— Прошу тишины! Представляю вашему вниманию декана факультета целителей, Глинскую Венеру Гавриловну.

С места поднялась женщина лет сорока, хотя я почти уверен, что ей немного больше, просто она не выглядит на свой возраст. В её взгляде читалось спокойствие и доброта — идеальная человек на роль целителя.

— Также у нас в академии обучаются уникальные таланты, к которым нужен особый подход, — продолжил ректор. — Во многом эти таланты буду развивать я, но стоит понимать, что должность ректора накладывает на меня массу обязательств и организационной работы, поэтому помогать мне будет Кошельникова Ирина Валерьевна.

Девушка лет двадцати пяти, на которую уже несколько минут пялился Родион, поднялась с места и слегка кивнула. Её приветствовали аплодисментами не хуже, чем Даманского или Лёвушкина. Правда, аплодировали в основном парни. Действительно, фигура у неё была очень привлекательная, а строгая одежда лишь подчёркивала изгибы тела и оставляла пространство для фантазии.

— Знаешь, в какой-то степени я тебе даже завидую, — прошептал мне на ухо Серафимов. — Колмыкин, конечно, крут, но Кошельникова — просто бомба! Я бы ни одно занятие у неё не пропустил.

— Напоследок хочу представить вам наставника, который будет отвечать за вашу физическую подготовку. Студенты Арктической академии должны быть готовы к экспедициям и последующей работе в Заполярье, поэтому прошу отнестись к подготовке со всей серьёзностью. А обеспечит хорошую форму наших студентов декан ратников Платонов Георгий Максимович.