— В общем, ребят, тема такая. На вокзал пришло несколько составов с углём, нужно срочно разгрузить, а людей совершенно не хватает, ещё и с техникой накладки — попросту не успеваем разгружать весь груз. Времени — одна ночь. Ваша задача — разгрузить вагон, чтобы мы могли отпустить состав, и перекидать уголь в погрузчиков. За каждую тонну платим по пятихатке. По рукам?

— Гаранин, ты вообще попутал? — накинулся на него Лёня Светлицкий. — Ты хочешь, чтобы дворяне тебе вагоны разгружали?

— Спокойно, дружище! Я никого не заставляю. И потом, среди нас не так-то и много дворян. Если тебе не нравится моё предложение, я никого держать не буду.

Светлицкий показательно развернулся и ушёл, за ним последовали ещё человек десять, но кое-кто всё-таки задержался.

— Сколько можно за ночь поднять? — поинтересовался Никитский, который был настроен серьёзно. Интересно, неужели роль шестёрки у Кислова его настолько не устраивает, что он готов подписаться на такую работу?

— В одном вагоне около шестидесяти тонн, вот и считай, что на четверых выходит тридцатка. Я тоже иду, но не потому, что деньги нужны, а нужно отцу помочь решить проблему.

— По семь с половиной тысяч на брата, — протянул Кирсанов, который пока колебался.

— По шесть, если считать на пятерых! — вмешался Олег Смолин. — Я тоже в деле.

— Да, морды бить на турнире куда выгоднее получается, — огорчился Никита.

— Тихо ты! — шикнул на него Гаранин. — Хочешь, чтобы о турнире узнали? В общем, парни, кто в деле? С вашим талантом ратников это не проблема.

— Можешь на меня рассчитывать! — произнёс Никитский без колебаний.

— Я тоже в деле! — сдался Кирсанов. — Всё равно, за день столько нигде не заработаешь, а идти к отцу на поклон ради карманных денег неохота.

Так, выходит, у Никиты тоже непростые отношения с отцом. Нужно запомнить.

— Арс, а ты чего уши греешь? — ухмыльнулся Кирсанов, заметив меня.

— А я тоже хочу поучаствовать.

— Ты ведь не ратник! Уверен, что потянешь? — Гаранин с явным недоверием относился к этой идее.

— Коль, на ваши лавры претендовать не буду, но физически поработать мне не помешает. С оплатой сочтёмся. Ты ведь сам сказал, что оплата будет за каждую тонну, верно?

— Не надломись только! — ухмыльнулся Кирсанов, который тоже был в теме.

Этой же ночью Гаранин забрал меня, Никитского, Смолина и Кирсанова и отвёз на вокзал, где ждали гружёные составы. Несмотря на прогрессивные научные достижения, которые обеспечивают артефакторы, уголь до сих пор повсеместно использовался в производственных печах и котельных. Так вышло, что сразу несколько составов с углём пришли в Мурманск одновременно, а платить за простой Гараниным не хотелось. Куда дешевле было найти людей, которые согласятся разгрузить вагоны по-быстрому, и отпустить составы обратно.

Судя по количеству желающих помочь, родственники Николая постарались на славу. Возле первых вагонов уже крутились работники, но дела у них пока шли со скрипом.

— Сюда! Наши вагоны вот здесь. Значит, объясняю задачу. Уголь высыпаем из вагонов, лопатами сбрасываем остатки, а затем загружаем в машины. Если всё будет в порядке, часа за четыре управимся. За работу!

Коля выдал нам длинные шесты и показал как подбивать задвижки на вагоне. Требовалось поддеть механизм с одной стороны, а затем с другой и вовремя отойти в сторону, чтобы уголь, сыпавшийся водопадом из вагона, не завалил с головой.

— Отличная работа! — похвалил нас Гаранин и первым взялся за лопату.

— Ты когда-нибудь видел, чтобы дворяне уголь лопатой кидали? — ухмыльнулся Кирсанов.

— Ерунда, Никит! У моего отца состояние миллиардами исчисляется, но я тут стою. А всё потому, что сроки поджимают. Тут даже не столько потребность разгрузить вагон, сколько погрузка. Без этого угля многие дома будут мёрзнуть.

Я видел, что парни использовали талант, чтобы захватывать побольше. Я же набирал понемногу, но замедлял время, и получалось, что за то же время загружаю ничуть не меньше. Первая тонна угля пролетела незаметно, но со скрипом, на второй и третьей я приловчился и работал быстрее, а вот потом мышцы устали и стало тяжело. После пятой тонны пришлось отдыхать, потому как мышцы одеревенели, а руки перестали слушаться. В итоге мы закончили разгрузку вагонов и погрузку на самосвалы только под утро. Гаранин разделил деньги поровну, потому как все внесли одинаковый вклад. Не знаю как у парней, ратники заметно покрепче физически, но у меня руки тряслись от усталости, а ноги подкашивались.

— Лёгкие деньги! — радовался Кирсанов весь мокрый от пота и перемазанный угольной пылью.

— Ага, по тебе заметно! — ухмыльнулся Гаранин.

— Да ладно, ничего смертельного. Слушай, а неплохо тут платят. Может, заглядывать к вам время от времени? Я ведь так за годы учёбы пару миллионов заработаю.

— Будь уверен, не заработаешь, — успокоил его Гаранин. — В этот раз все деньги за разгрузку вы забрали себе. В другой ситуации, когда нет такой срочности, тут ещё полно посредников, поэтому на руки вы получите от силы тысячи по четыре. Ладно, давайте в душ и переодевайтесь в свою одежду. Как обсохнете, отвезу вас домой.