С историей пришлось повозиться, потому как мне попался малоизученный вопрос о Земле Франца-Иосифа и исследователях, которые отправлялись на изучение этого архипелага. Четвёрка по этому предмету меня вполне устроила.

Геология казалась мне самым сложным предметом, но на деле я получил зачёт без особых проблем. Всё решилось на парах в течение года. Ответив на пару вопросов от Калитвинцева, я получил пятёрку и отправился готовиться к другим экзаменам.

На физической подготовке без проблем сдал нормативы и выбил семьдесят два очка из ста на стрельбе.

— Со стрельбой нужно поработать, Чижов! — проворчал вечно недовольный Платонов.

Самым большим испытанием стал экзамен по развитию таланта. Тут мне пришлось демонстрировать чудеса замедления времени, но я особо не переживал, потому как я мог отмотать время назад и попытаться улучшить свой результат.

Довольный выскочил из аудитории и наткнулся на грустного Кешу, который был весь измазан в саже.

— Кеш, чего случилось?

— Авария, — хмуро отозвался парень. — Я с-собрал артефакт, всё как по и-инструкции, начал наполнять его энергией, а оно как рвануло! Где-то во внешнем к-контуре закралась ошибка.

— И как экзаменационная комиссия отреагировала?

— Трояк с авансом на будущее! — отозвался парень.

У Родиона тоже зачёты и экзамены прошли не так гладко, как ему хотелось.

— Этот Колмыкин настоящий гад! Я ему разогрел воду, затем остудил и заморозил, поднял в воздух пёрышки с помощью потоков воздуха, а он мне всё равно трояк влепил. Видите ли, слишком медленно всё делаю, а мне придётся использовать талант в боях с контрабандистами, которые не станут ждать.

Развитие дара стало не единственной проблемой Серафимова. Схлопотав четыре трояка, он лишь отчасти смог спасти положение одной четвёркой по физподготовке и пятёркой по стрельбе.

— Я даже знаю, что скажет отец, когда увидит зачётку, — с грустью в голосе произнёс парень.

— Что Павел справился бы лучше?

— И это тоже! — пробормотал Родион и принялся изображать угрюмого отца, разглядывающего зачётку сына: — С физподготовкой и стрельбой всё в порядке, а вот в голове пусто. Прирождённый солдат! Нужно было отдавать тебя в кадесткий корпус, больше толку бы было!

— Да ладно, солдатам тоже нужно многое знать и уметь.

— Выходит, я и в солдаты не гожусь? — обиделся Серафимов. — Ну, спасибо, Сень!

По итогу экзаменов с двумя четвёрками и четырьмя пятёрками я вошел в двадцатку лучших студентов академии, что для меня было большой неожиданностью. Никаких особо сложных предметов я не увидел. У нас в МГУ и то было сложнее сдавать сопромат и термодинамику.

На следующий день поехали на вокзал и купили билеты на ближайший поезд до Москвы. Выезд намечался на следующий вечер, поэтому у нас почти не осталось времени, чтобы отпраздновать сдачу первой сессии. Хотя, и праздновать было особо не за что — последние деньги отдали за билеты и оплату квартиры на следующий месяц.

Серафимов созвонился с роднёй и сообщил о том, что мы приедем прямо под праздники. Но уже вечером, когда мы добрались до вокзала, Родион дал заднюю:

— Сень, едь без меня! Я не поеду в Москву.

— Ты ошалел? Отец с матерью не видели тебя с августа! И потом, у тебя родился брат…

— Вот именно, Сень! Теперь всё внимание будет ему, понимаешь? Даже по телефону я слышал эти причитания: Лёшенька, Лёшенька…

— А что ты хотел? С новорожденными всегда так, им нужно больше внимания.

— Да не в этом дело! Теперь, когда у отца есть другой кандидат на роль наследника, я для него буду как пустое место. Понимаешь? Брат ещё не вырос, а он возлагает на него больше надежд, чем на меня. Я просто не нужен там!

— Уверен? Скажи, если отцу ты не нужен, зачем он заплатил за твоё обучение, собрал и дал денег с собой? Лишние триста-четыреста тысяч ему бы очень пригодились, учитывая проблемы. Ты дуешься из-за того, что отец дал тебе на карманные расходы лишь пятьдесят тысяч? Да, для Серафимовых это не деньги, но таким образом он научил тебя ценить даже это малое, потому как миллионы людей в этой стране так и живут. А зачем он взял на себя долг брата?

— Его никто не спрашивал.

— Да, но он мог отдать Лизу и махнуть на неё рукой. Это избавило бы его от необходимости платить миллионы. Но Владимир так не поступил. Знаешь почему? Потому что вы — его семья, и он заботится о вас. Пойми это, наконец, Родя. Если ты не приедешь домой, ты не только сам расстроишься, но и огорчишь родителей.

— Парни, вы собираетесь ехать или нет? — окликнула нас проводница. — Поезд уже отправляется!

— Ты прав, Сень, поехали, — Родя достал из внутреннего кармана билет и протянул проводнице. — Мы едем домой!