Первый отряд мы обнаружили в семи километрах от посёлка. Ребята загрузли в снегах и не могли двигаться. Они увидели свет фар с нашего снегохода и выпустили несколько сигнальных ракет, привлекая внимание. Мы остановились возле них, погрузили всех в прицеп и направились обратно. Сани пришлось бросить, а собак взять на руки. Членам отряда пришлось держать сразу по три собаки, а оставшиеся пёсели сидели на пустующем месте. К счастью, ни одна собака не испугалась рёва мотора и не посчитала нужным спрыгнуть по пути.

В Воронцово потерпевших встретили и обогрели, а мы с Кешей заправили бак и помчались обратно. В этот раз нам пришлось тяжелее — мы проехали около пятидесяти километров, но не встретили по дороге ни одного отряда. Кеша уже показывал на датчик топлива, намекая, что не мешало бы вернуться домой, когда я заметил потерпевших — тёмные точки на белом покрывале свежевыпавшего снега.

Когда мы направили снегоход в сторону ребят, они принялись махать нам руками. Увы, я не сразу понял, что это была просьба остановиться. Тяжелый транспорт вылетел на тонкий подтаявший лёд небольшой речушки шириной метров в шесть. Под весом снегохода лёд не выдержал и пошёл трещинами, а через пару мгновений лопнул, увлекая нас в ледяную воду. Я не стал ждать, пока мы провалимся под лёд и активировал талант. Время назад!

Мы вернулись в прошлое где-то на минуту. Я не стал особо стараться и тратить силы, чтобы выиграть больше времени — в этом просто не было необходимости. Остановил снегоход предположительно у берега реки и показал Кеше, что дальше нам придётся идти своим ходом. Ребят, которые попали в беду, я хорошо знал. Это были Илья и Есения Ларские, Олег Смолин, Тамара Якунина и, кажется, Кира Тарханова.

— О, наши спасители примчались ко мне на крыльях вьюги! — нашла в себе силы пошутить Есения, когда мы добрались до их лагеря. Если шутит, значит, не особо замёрзла и не паникует.

Оказалось, что одни из саней провалились под лёд вместе с припасами. Ребята пытались максимально разгрузить вторые сани и протащить их через замёрзшую реку, но налетевшая метель спутала их планы.

Дорога обратно до Воронцово оказалась непростой. Мы всё-таки обломались в двадцати километрах от посёлка, и Кеше пришлось лезть под снегоход.

— Мне нужно создать к-комфортную рабочую с-среду! — потребовал артефактор.

— Может, тебе за чайком в посёлок сбегать и шею размять? — накинулась на него Кира.

— Спокойно! Н-не надо мне н-ничего разминать, — отмахнулся Кеша. — Прикройте спальными мешками, чтобы в аппарат не попадал снег, и дайте побольше света.

Сейчас я на практике видел как работает артефактор. Сначала Кеша провёл диагностику, прочувствовав механизм, затем что-то подкрутил, постучал, подключил напрямую и принялся наполнять механизм энергией. Через полчаса манипуляций снегоход снова был на ходу.

По пути мы заметили сигнальные ракеты, которые выпускали одну за другой в паре километров восточнее от нашего пути. Судя по всему, какой-то отряд потерялся по дороге.

— Кеша, вези ребят в посёлок, а я пойду за потеряшками. Возможно, там кому-то нужна помощь.

— Я не брошу т-тебя одного! — заявил парень.

— Выбрось это из головы, сейчас тебе нужно согреться и отдохнуть, за меня не волнуйтесь.

Кеша умчался в сторону Воронцово, пообещав поскорее дозаправиться и вернуться, а я направился в сторону тех, кто нуждался в помощи. Рюкзак с тёплым чаем и медикаментами был у меня при себе, а большего и не надо. И так при каждом шаге ноги проваливаются в снег от тяжести.

Уже через полчаса преследования я понял, что потерял потерпевших из виду. Судя по всему, они продолжали отдаляться на восток, выбрав неправильное направление. Сигнальные ракеты у них то ли закончились, то ли они не спешили ими пользоваться. Беда была в другом — пешком я их точно не догоню в такой метели, но и возвращаться в Воронцово мне уже не с руки — до посёлка километров десять, но пройти их в таких условиях просто нереально. И самое печальное, что в этой ситуации мой талант практически бесполезен. Хотя…

Отмотал время на девять минут назад — всё, что смог выдавить из себя и направился в сторону посёлка. Повторил процедуру, но в этот раз удалось выиграть у времени лишь семь минут. Всё, теперь стоит полагаться только на физические силы, которые и так на исходе. Всё-таки мы не успели толком отдохнуть с дороги, ещё и спасательная операция забрала у меня много сил, но я всё равно был доволен результатом. Здесь, в снежную бурю, даже минута имеет огромное значение, а я выиграл для себя целых шестнадцать минут.