Лаане притворно кашлянул, но судью это не остановило.

— Ещё и учитывая то, что взамен тебя передали других наёмников, которые сказочным образом, пропали. Интересно складываются события, да?

Ага, то есть, Альберта убил дикий, а остальных Жожоба пустил на стол? Так получается?

— Я здесь не только для того, чтобы попросить помощи у твоего руководителя в поисках одного носителя…

Она явно намекала на важную шишку. Да я и сам догадывался, о ком пойдёт речь.

— Но и опросить. Видел ли ты…

Дальше начался самый обычный допрос. Где видел, где был и что делал. Отвечал на всё более-менее правдоподобно, не забывая упомянуть, что был зрителем арены. Но про арену я сказал с помощью Владимира Петровича, когда запнулся, упоминая совместное времяпрепровождение.

Старик поправил меня, и я выложил примерно правдивую информацию. А про Альберта сказал только одно: видел один раз и то, после того, как Лаане меня продал. Больше мы с ним не встречались.

— Странно складываются дела, Владимир Петрович, — судья выслушала меня и начала допытывать мутанта. — Эдвард Тойвович до сих пор не понимает, как он отдал ценного сотрудника взамен на пропавших.

— Это наше с ним дело, — гаркнул Жожоба, и судья с этим согласилась. — А также, это не мои проблемы, что он не может заставить сотрудников работать.

— Не смеши, боже, — протянул Лаане. — Ты не просто так ко мне пришёл с ними. Не просто так.

Я замер, натягивая на лицо улыбку. Интересно, как они попытаются выпутаться из этой ситуации. Что, Лаане скажет, что его одурманили, а Жожоба заявит, что такого не делал?

Но на удивление, оба замолкли, словно понимали, что при ней нельзя сказать что-то лишнее.

Судье этот расклад не понравился, но настаивать на таком результате она не стала. Вернулась к теме поисков.

— Руководящий маг или как они себя называют, — протянула она. — Верховный пропал. Сегодня он должен был прийти на еженедельное утреннее собрание кланов. Как вы понимаете, Бурдина там не было. На телефон не отвечает, в двух резиденциях его нет, как и нет следов.

— Надоело всё и ушёл, — пробормотал Жожоба. — А что? Все устают!

— Вы слишком часто в последнее время находились вместе, — судья сузила зрачки, внимательно глядя в глаза мутанту. — Может, он говорил что-нибудь?

— Подобного точно нет, — отмахнулся мутант. — Так что ты пришла не по адресу. Как и Лаане.

— Лаане пришёл по другому вопросу, — ответила судья. — Он попросил полную проверку случившегося с его наёмниками. Потому что…

— Я считаю, что это твоих рук дело, — неожиданно сказал Эдвард Тойвович. — У меня в голове до сих пор не может уложиться то, что я согласился передать тебе ценного сотрудника взамен на пустышки. А это означает только одно: ты, старый лис, каким-то образом меня обдурил!

Я не мог поверить в происходящее. Как и не мог поверить, что у Лаане хватило смелости обвинить сильнейшего виденного мной мутанта. Причём на его территории. Теперь понятно, почему он притащил сюда и судью тоже — при ней старик вряд ли его тронет. Правда, я бы не был так уверен в этом.

— Я не причастен ни к пропаже Евгения, ни к тому, что Эдвард отказывается принять свои слова. Если в момент заключения договора он был под чем-то иным, увы, это не моя проблема. Я передал ему взамен сильного мутанта с особенностями скорости. А также двух магов-полукровок. С силой льда и пламени. Что уж говорить про зооморфа и стены?

Про силу льда и пламени я понял. Про зооморфа тоже… а вот стена? Это те самые мутанты, которых черта с два можно пробить?

— А также он заключил с ними договор. Я видел это собственными глазами. Поэтому его претензии в мой адрес — неуместны.

— Что здесь делает Тиана? — задала следующий вопрос судья. — Помнится мне, она всячески против мутантов. Так скажем… в некотором роде, оппозиционер. Её род славится тем, что…

— Мы нашли общий язык, — сухо оборвал её Владимир Петрович. — Она ценный человек, с которым у нас получится построить новую ферму, в которой будет производиться питание как для мутантов, так и для магов. В нашей практике таких попыток было лишь две.

— Для такого тебе потребуются лаборатории.

— Я не поскуплюсь сделать то, что будет кормить моих людей в будущем. А время… разве, оно что-то значит для нас?

Меня выперли из кабинета сразу, как судья, Лаане и Жожоба начали говорить что-то насчёт его поединков. Выперли со словами, мол, не моих ушей дело.

Я даже не оскорбился, ибо сам хотел поскорее выйти из этого гадюшника.

И, путешествуя по коридорам административного корпуса, я… предвкушал свою силу. Ведь если я увидел симбионта на сердце Владимира Петровича, то теперь уже могу с ним справиться! Это было прекрасной новостью и подтверждением слов моего симбионта.