Вот тут София выступила вперед. Подняла руку для пощечины. Но Дима перехватил ее.

— Бить и, если захочет убивать, меня имеет право лишь одна женщина. И это не ты. Диана пыталась воевать со мной. Теперь она там, где ей самое место. Могу повторить фокус и с тобой.

Алексей отвел Софи за свою спину. Хотел что-то сказать, но Дима не позволил.

— Не будет разговоров. Признаний. Или выяснений. Хочешь сдать меня властям. Флаг тебе в руки! Номер ментовки знаешь. Сейчас я соберу вещички и свалю на хрен из твоей жизни. здесь ничего меня больше не держит. Но все же совет тебе дам, Алексей Викторович! На молодуху тебя не хватит.

По дороге в комнату скинул мокрые джинсы. Покидал кое-какие оставшиеся вещи. Почти все давно уже было в квартире. Сейчас там живет Элина. Кто знает, что она сделала с его вещичками. Улыбнулся. Эта девчонка могла что угодно вытворить. Люблю ее. Подумал. И тут же оглянулся. Наверное, он на само деле сюда не вернется. Соседка теперь не здесь. Центр притяжения переместился. Телефон беспрерывно вибрировал. Жена. Язык не поворачивался эту шалаву женой называть. А вот беременность стала совсем не приятным сюрпризом. На миг мелькнули дни беспробудных боев, пьянства и грубого секса. Так проходил его медовый месяц с Алиной Тобольской. Он рассчитывал подобраться к ее отцу, а в итоге прогадал. Пришлось откупаться. Его женушка оказалась беременной. О местонахождении отца она никогда ничего не знала. Более того, Тобольский, хитрый лис, подкинул много денег на скрытые счета. Выставил все так, что это именно Дима проворачивал махинации с землей. Именно Дима, якобы, подставил несколько серьезных людей. Сорвал им сделки. И теперь он не просто в розыске. Он под прицелом.

Элина медленно открывала глаза. И не могла понять, где находится. Потолок украшенный лепниной. Изломы на стенах, с изумительно красивыми витражными окнами. Из-за чего солнечный свет превращался в радужные блики.

В голове прояснялись предшествующие события. Не было голосов или намеков на то, кто ее увез, забрав из машины. Лишь аромат, как в автомобиле Тобольского. Она отключилась, видимо, от переизбытка эмоций. Ее на самом деле словно током торкнуло, выбило пробки на хрен! Было понятно одно — ее не похитили и не пытаются требовать выкуп. Потому что комната, явно с дизайнерским оформлением. Даже мебель, точно сделана на заказ. Села посреди гигантской кровати. Даже хмыкнула. Точно! Настоящий аэродром! Шелковые простыни изумительно нежного лавандового цвета. Вазоны с великолепными кустарниками.

Странно. Ничего не болит. Пошевелила пальцами, ногами. Черт. Она голая! Под тончайшим и нежнейшим шелком она совершенно обнаженная! В голову ударил жар беспокойства. Рядом с кроватью на невысоком столе разложена одежда.

Она в другой мир попала? Перевоплотилась. Потрогала себя. Длинные рыжие волосы. Провела пальчиками по своему телу. Все тот же шрам и татуировка — крыло ворона. Отсутствует лишь боль. За последнее время не было таких дней, когда она просыпалась легко и даже способна потянуться. А нет. Что-то щелкнуло в колене. Но боль словно издалека напомнила о себе. Ее опоили. Ни одно обезболивающее так не действовало. Как местная анестезия.

— Эй! Чудовище! Или кто-нибудь живой! — встала. Не стесняясь своей наготы, прошлась к окну. Лес. Или скорее парк. Слишком идеальная зелень и ровная листва. Как по линейке все выстрижено. Где-то мелькнула тень. Охрана.

Но не поселок. Место ей незнакомо. Осмотрела длинное в пол платье. Изысканная бархатистая ткань. Цвет почти отражение ее собственных глаз. Изумрудно-золотое. Тончайшее кружево по краю горловины и расклешенных рукавов. Элина примерила наряд. Не голой же ходить! Ткань холодила кожу. И обрисовывала каждый изгиб. Посмотрела на комплект белья, туфли. Обо всем позаботились. Но не в ее стиле. Откинула назад волосы, прошлась пальцами, распутывая. Маленький протест. Она и платье не стала бы одевать. Цвет совсем не ее.

Подошла к двери. Открыто. При выходе из спальни увидела зеркало от пола до потолка. И в отражении не сразу себя узнала. Тонкие черты маленького личика. Пухлые губы. Она похудела. Сильно. Платье открывало ключицы, которые слишком выпирали. Шея длинная, с полупрозрачной кожей. Лицо на самом деле маленькое. Или это глаза слишком большие. Царапинка на щеке. Да. Авария. Намеренная помеха ее движению. Элина завернула волосы в свободный узел. Стянула ленточку с вазона и перевязала свой хвост. Босиком она шла по длинному коридору. И ступни утопали в мягком пушистом ковре. Никто не знает, что она исчезла. В машине остались все вещи и телефон. Или она просто еще не знает, как все происходило. Каждый день, как перевернутый калейдоскоп. Только камешки все темнее и чуднее с каждым разом.

Она вышла в столовую. Или гостиную. Круглая просторная комната. И здесь, как в комнате вазоны с изумительными растениями. Искрящиеся бра. Зеркальные поверхности. Круглый стол, украшенный цветами и множеством блюд. Но главная фишка, свечи в резных подсвечниках. Настоящие ароматные свечи. Запах теплого огня и вкусной еды. У одного из многочисленных окон увидела мужчину. Расслабленный, в домашнем свободном костюме, с бокалом алкоголя в руке. Сергей Романович Тобольский. В этот раз даже прическа другая. Короткая челка слегка скрывает лоб. Сейчас он выглядит на много моложе своих лет. Привлекательный мужчина. В вырезе слегка распахнутой рубашки толстая цепь на шее. Элина засмотрелась на его шею, как дергается кадык. Квадратный подборок с бородкой. И на миг замерла, встречаясь с ним взглядом. На лице эмоции не отражаются. А вот глаза выдают больше, чем желает их хозяин. Она видела, как изменилась форма зрачков, как из светлой синевы они стали буйно-фиолетовые. Тобольский, явно доволен тем, как выглядит Элина. И даже восхищен. Это странное восхищение у нее вызывает слишком противоречивые эмоции.

Элина подошла к столу и хотела налить себе вина. Но Тобольский оказался рядом и остановил. Слегка положил пальцы на ее запястье. Поднес ее руку к губам и поцеловал. Он ее гипнотизировал. Заставлял теряться и смущаться. Взрослый мужчина, со взглядом зверя. Зверя, желающего ее!

— Элина. Красивая моя гостья. Тебе не стоит пить вино.

— Значит, не ошиблась. Вы меня чем-то опоили. Может все это сон? С чего такое внимание, забота. Мы же не на свидании?

— Нравится? Если бы это был сон, ты хотела бы продлить его? — он слышит и понимает множество заданных вопросов. Но отвечает лишь на те, которые считает нужным. Наверное, с таким спутником можно полностью отказаться от себя. Потерять почву под ногами. Этот мужчина строит отношения лишь по одному принципу — подчинение!