– Нет, – признал я. – Но они мне и вреда никакого не делают.

– Для тебя в этом должно быть личное чувство, так?

– Так.

– Вот этого я в тебе терпеть не могу, – вздохнул он. Он поглядел вдоль Мэйн-Стрит. Вздохнул еще раз. – Но иногда мне самому хочется быть таким.

– Ты действительно хочешь все это проделать? – Я показал рукой вокруг нас. Ведь это же Фэмилиленд – семейный парк. Ты в самом деле хочешь взорвать семейный парк?

Он собирался было ответить, но вдруг закаменел и стал незаметно оглядываться.

– Что такое?

– Что-то переменилось. Ты не чувствуешь?

Я покачал головой.

– Они знают. Они нас ищут.

– Что?

– Очевидно, письма дошли рано. Проклятая, гнусная почта. – Он поглядел вдоль улицы, разглядывая толпу. – А, черт! Вот они.

Я огляделся и увидел на тротуарах и на улице парней с короткой стрижкой и в серых костюмах. У некоторых были уоки-токи на поясе, и они что-то говорили в транзисторные наголовные микрофоны. Они рассосались в толпе так, что я даже их не заметил.

Мы прошли через Старый Город в Землю Будущего, где Билл и Пол должны были заложить заряды под сиденье аттракциона «Полет на Юпитер». – Кто эти ребята? – спросил я.

Филипп покачал головой.

– Не знаю.

– Я их не видел, пока ты не сказал. Их почти так же трудно заметить, как нас.

– Вот это меня и пугает.

Мы нашли Билла и Пола в очереди на «Полет на Юпитер». Мы рассказали им, что случилось, и все четверо поспешили к «Подводной лодке» найти Мэри и Стива. Люди в серых костюмах были повсюду.

– Они работают в Фэмилиленде? – спросил Билл. – Или это копы?

– Не знаю, – повторил Филипп. Голос его звучал напряженно.

Эти люди были всюду, но нас они не замечали. Я даже не уверен, что они знали вообще, кого ищут. Мы подобрали Мэри и Стива и собирались к Волшебной Горе, когда вдруг из спрятанных громкоговорителей парка заговорил спокойный, внушающий уверенность, серьезный, но вместе с тем дружелюбный голос:

«В связи с непредвиденными обстоятельствами Фэмилиленд через пять минут закрывается. Просим пройти к главному выходу».

Вокруг нас стали останавливаться аттракционы. Людей уверенно выводили приветливые и дружелюбные мужчины и женщины в красных куртках.

«Всем гостям в компенсацию будут выданы пропуска на возврат, действительные в течение двух дней. Ждем вас в Фэмилиленде – доме веселья!»

Пит и Джон ждали возле Африканской Принцессы, Дон и Джеймс стояли перед аттракционом «Приключения в открытом море». Теперь в парке почти не осталось обыкновенных посетителей. Повсюду ходили группы ребят в серых костюмах, сопровождаемые полисменами в форме, они патрулировали все аллеи и магистрали, заглядывая во все аттракционы и магазины. Филипп посмотрел на часы.

– Так и есть, – сказал он. – Остальные пока еще снаружи. Давайте выбираться на фиг отсюда.

И мы вдесятером побежали через Дикий Запад, несясь мимо магазинов и аркадных игр.

И увидели, как Томми с Вастером через главный вход парка входят в Старый Город.

Они успели пройти несколько ярдов, и их засекли. Серые костюмы лихорадочно заговорили в наголовные микрофоны, мундиры стали доставать пистолеты, изготовившись к стрельбе.

– Бегите! – заорал Филипп.

– Смывайтесь! – выкрикнул я.

Мы все орали на пределе своих легких, чтобы они сматывались к чертовой матери, но они нас просто не слышали, и не замечали, что Фэмилиленд почти пуст, если не считать их самих, серых костюмов и мундиров.

Пара серых костюмов оглянулись на наши крики, но мы нырнули в какую-то дверь, на секунду затихли, и про нас забыли.

– Стойте, где стоите! – сказал голос из громкоговорителя.

Мы высунулись из укрытия и увидели, как Томми во все лопатки лупит обратно ко входу, явно сообразив, что дело идет не по плану. А Бастер смещался. Он стоял на месте, поворачиваясь то к Томми, то к людям, не двигаясь ни туда, ни сюда.

– Сдайте оружие! – потребовал громкоговоритель.

Это на момент стало похоже на сцену из немой кинокомедии. Озадаченный Бастер стоял, озираясь, ища глазами, кто это должен сдать оружие. Потом вопросительно показал на себя, будто говоря: «Кто, я?»

Потом был выстрел.

И Бастер упал.

– Нет! – вскрикнул я.

Я бросился к нему, но Филипп поймал меня за шиворот и отшвырнул назад.

– Не дури! – прошипел он. – Ему уже ничем не поможешь. Надо спасать себя самих.

– Он же может быть еще жив!