— О чём задумался, а? Сфокусируйся, баран, мы уже близко.

Слова Хана как удар серпом по яйцам, или, лучше сказать, молотом. Я взял себя в руки, сжал автомат и продолжал двигаться за своим гидом по дому смерти. Мы пробежали очередной коридор, чуть не упав в огромную дыру в полу, и сразу же оказались на втором этаже восточного крыла.

— Ага, на месте, аккуратно спускаемся вниз, вынюхиваем каждый угол и отвечаем на каждое движение свинцовым огнём. Собрался?

— Собрался!

— Да тише ты, тише…

Прокравшись на цыпочках до лестницы, мы шли спиной к спине к первому этажу. Хан смотрел вперёд и вниз, а я прикрывал нас сзади. Вдруг Хан остановил меня и показал на интересную деталь внизу за углом, возле последней ступени. Оттуда торчал одинокий ботинок, который легонько поднимался то вверх, то вниз. Похоже, кто-то пританцовывал, находясь на посту. Хан показал мне большой палец, прицелился из своей АШ-12 и произвёл оглушительный выстрел.

— Ай, бля, нога-а!!! — закричал бедолага.

Фигура сразу же пришла в движение. Хан рванул было добивать, но тут вмешалось моё паучье чутье, и каким-то образом я схватил его за куртку и дёрнул на себя. За угол успела выкинуться только нога Хана. И сразу же послышались выстрелы, раздался хор звуков разных стволов, нацеленных в предположительную точку нахождения Хана.

— Ты чё, мать твою, творишь?!

— Жизнь тебе спасаю, мудак! Ты чуть не сдох из-за своей жажды убийства!

— Заткнись, я знаю, что делаю!

Хан ударил меня по руке, встал на ноги и пристально посмотрел мне в глаза, потом он отвёл свой звериный взгляд и спокойно сказал:

— Ладно, работаем дальше.

— Могу это принять за спасибо?

— Принимай как хочешь и не болтай лишнее.

— По звукам я различил три разных оружия, но хрен его знает, сколько их там могло быть.

Неожиданно до нас долетел странный голос, не типичный русский, а какой-то прямо дикторский и с нотками безумия. Все дальнейшие реплики русских я передаю в собственной интерпретации.

— Пожаловали новые пациенты, а? Забились, как мышки, и сидят, ждут, когда им впрыснут лекарство. Ну-ка, мистер анестезиолог, покажите им нашу уверенность в лечении.

После слов этого мужчины в нашу сторону полетела стая пуль, по звуку это был АК какой-то новой серии, сложно было определить, какой именно. Хан не стал долго ждать и крикнул ему в ответ:

— Эй, гандон айболитовский, я пришёл за тобой. Помнишь меня? Я тебе на башке оставил хорошенький такой шрам.

— Батюшки, неужто это мой потерянный пациент вернулся? Слава богам и вершителю судеб, блудный сын узкоглазый вернулся. Как животик твой? Не болит случаем?

Хан снова повернулся ко мне, снял с себя рюкзак и начал что-то искать.

— Слышь, Джон, я сейчас этой гниде пущу кровь. Узкоглазым меня назвал, сука такая. Ну погоди, сейчас узкоглазым станешь ты!

Он достал из своего рюкзака целую связку светозвуковых гранат, которыми обычно лишают противника и слуха, и зрения, адская вещь. Хан попросил меня выдернуть вместе с ним чеку у каждой гранаты одновременно, и тогда он сразу же кинет свёрток во врага.

— Я подойду прямо к углу и кину им вдаль подарок…

— Пациенты, ау, вы где? Чего притаились? — прервал разъяснения Хана Санитар.

— Я пробегу потом в комнату соседнюю и буду уже в нескольких метрах от них, а ты…

— Чего молчим? Ау? Сейчас за вами мой коллега Проктолог выйдет, и вы будете досмотрены. А-ха-ха!

— Понял?

— Нет! Эта скотина орёт как бешеная!

— Да и по**й. Раз, два, три, отцепляй!

Хан бросил все гранаты прямо по коридору во врагов. Через несколько секунд произошёл просто колоссальный хлопок. Казалось, что от такого могли оглохнуть не только люди, но и стены, окна и вообще любые вещи, находившиеся поблизости. Сразу же после взрыва Хан перебежал в соседнюю комнату и показывал пальцами мне какие-то действия. Он что-то кричал, но я не мог разобрать, что именно. Я осматривал в прицел весь коридор, но так и не мог увидеть ни одного врага. Хан продолжал жестикулировать, кричал и показывал какую-то вещь в руке. Чёртовы шарады, я не понимал. Его движения становились различимее — это была граната, точно. Он хотел, чтобы я бросил ту самую странную гранату, которую он мне дал прямо перед нашим заходом на территорию санатория. Я судорожно прощупывал себя в поиске этой причуды. Нашёл, какая же она странная на ощупь. Я выдернул чеку, прицелился в конец коридора и запульнул её так, как это делают профессиональные бейсболисты. Пока она летела до цели, я готовился зайти снова за угол, чтобы избежать волны взрыва, но эта маленькая «игрушка» взорвалась сразу же, как только столкнулась о первую преграду. Взрывная волна смогла даже дойти до меня, немного откинув моё тело назад, но мне удалось устоять на ногах. Осколки тоже не полетели в меня, повезло. Я посмотрел в сторону Хана и заметил, что он смотрит на меня и делает радостный жест, словно при забитом голе. Удивительно, но из моего горла каким-то образом ещё смогли вылететь слова:

— Какого хера, Хан, это была контактная!

— Что? А, ага, знаю.

— Ты придурок?

— А?

— Я спросил, ты почему мне не сказал, что она контактная?!

— А?

— Пошёл ты в жопу, Хан.

— А? Ага, сам пошёл. Я вперёд.

Мы двинулись змейкой, осматривая комнаты и справа, и слева. В одном помещении лежал труп, осколок гранаты торчал у него прямо в глазу. Отвратительная смерть. Чуть дальше распластался ещё один из свиты Санитара, он едва шевелился, кряхтел. Хан прошёл мимо живого трупа.