Здесь не было никакой лестницы, ведущей в подвалы — просто комнаты уходили вглубь и вглубь скалы, становились проще и темнее. Пару раз пришлось вышибать двери — и вот, наконец, мы оказались в длинном, узком и скудно освещённом коридоре, в конце которого виднелась одна-единственная дверь, обитая рыжим металлом.

Пока мы торопливо совещались, что делать с неожиданной, не поддающейся магии преградой, Курвинда, нагнавшая нас, вздохнула, вытащила из-за пазухи ключ и отперла замок.

— Ты что, всегда его с собой носишь? — оторопело спросил я, глядя в тёмный проём.

— Захватила с собой. Подумала, что может понадобиться, — невинно улыбнулась косоглазая.

Я прекрасно помнил, что она не уходила со двора академии и уж точно не успела бы сбегать к себе в спальню, но времени на расспросы не было. Не слушая протестов Гринды и Йорфа, я зажёг яркий язычок огня над ладонью и направился вглубь коридора, внимательно вглядываясь в измождённых, прикрывающих глаза от непривычного света узников за толстыми решётками по обеим сторонам. Шёл долго, предоставив товарищам расспрашивать и освобождать пленников, пока не остановился напротив одной из камер.

— Здравствуй, матушка.

Зря я надеялся, что освобождённые женщины будут сражаться за нас. Если багровые, молочные и пунцовые, что провели в заточении всего несколько дней, выглядели лишь ослабевшими, то остальных условия содержания превратили в истощённых, отвыкших от света и магии и едва не свихнувшихся существ.

Айр стоял на коленях у ног своей тёти, свесив голову. По лицу той тихо катились слёзы — только что узнала от племянника о гибели обеих дочерей. Йорф что-то втолковывал невысокой темноволосой женщине — видимо, матери. Все узники были облачены в бесформенные серые робы, и в отличие от товарищей, которые знали аристократов в лицо, я не имел ни малейшего понятия, кто здесь из какой семьи.

За спиной послышалось приближающееся шлёпанье босых ног по камню.

— Ни одного мужчины? — вполголоса спросил я у Курвинды, глядя, как Гринда обнимает свою жуткую мамочку. — Или их держат в другом месте?

— Нет, — невозмутимо ответила она. — Просто обычно нет смысла брать их в плен. Они не так ценны. Разве что во время облавы кому-нибудь из наших приглянулся смазливый паренёк, и она забрала его себе.

— Зутти! — воскликнула одна из последних освобождённых женщин, щурясь и протягивая дрожащие руки к сыну. — Наконец-то. Критта с вами? С ней всё в порядке?

Я отвернулся, чтобы не кормить лишний раз чувство вины. Наткнулся глазами на рыжую девочку-подростка с диким взглядом. Она казалась самой младшей среди узниц.

— А дети? — спросил я у лазурной. — Должны же быть дети помладше? Или их тоже всех перебили?

— Маленьких девочек бабушка держит в комнате рядом со своими покоями. Им там неплохо живётся.

— Зачем?..

— Оставлять земли провинившихся семей без правителей невыгодно… Она с ними разговаривает, обучает их… Объясняет, что надо всегда и во всём подчиняться ей.

— В моём мире это называется «промывает мозги».

Матушка, кажется, закончила помогать остальным отпирать хитроумные магические замки камер и теперь шла ко мне.

— Удивительно, — произнесла она, в упор глядя на мою спутницу, — как легко вы сменили сторону и как ловко заполучили доверие Руто, госпожа Курвинда.

— Благодарю за комплимент, госпожа Ильдаста, — легонько поклонилась косоглазая. — Говорят, это один из моих талантов. Меня тоже всегда впечатляли ваши упорство и везучесть. Последняя, правда, в тот раз дала сбой.

— Сбой, скорее, дала неуклюжесть вашей матушки. Она столько раз мне проигрывала, но вот и ей в кои-то веки…

— Может, хватит? — перебил я, нахмурившись. — Нам надо… Ох, госпожа Фельтира, вы как? Я думал, вас оставили в академии.

— Госпожа императрица решила держать меня поближе к себе, — усмехнулась бывшая директриса, ковыляя к нам и пригибаясь, чтобы не задеть головой толстые балки, укрепляющие потолок и стены. — А ты, смотрю, прислушался к моему совету, идущий Руто.

— Пожалуй, — согласился я, вспоминая прозвучавшие в том подвале слова. — Осталось завершить начатое. Матушка, нам ещё нужно освободить детей. Госпожа Курвинда покажет дорогу…

— Нет уж, господин призванный, это не самое срочное. Им ничего не грозит, а у нас есть дела поважнее.

— Императрице может прийти в голову взять их в заложники…

— Что же, в таком случае нам придётся проявить стойкость. Мы и так уже многих потеряли. Десяток маленьких девочек, ещё толком неспособных сражаться, погоды не сделают. Идёмте, пора…

Резко развернувшись при этих словах, она пошатнулась и едва устояла на ногах.

— У меня есть идея получше, матушка. Вы отправляетесь в тронный зал к порталу, где вам окажут помощь, и присматриваете за всеми. Мы же с госпожой Курвиндой, Гриндой и остальными идём искать детей. Вперёд, не тратьте зря время.