— Я заберу их, — послышался детский голос из-за спины, стоило мне закончить предложение.

Рыжеволосая девчушка, как выяснилось, подкралась к нам сзади и теперь указывала пальцем на кучку связанных тёток.

— А разве это не будет вмешательством, госпожа? — усмехнулся я.

— Они не вспомнят, — сладко улыбнулась девочка. — Будут думать, что это вы их заперли в подвале.

Йорф с некоторым сомнением на лице вложил концы верёвок в маленькую ладошку, и мы все вместе понаблюдали, как пленницы с остекленевшим взглядом покорно топают за этим ребёнком.

— Ангра — ваша сестра, госпожа Онгса? — не выдержав, поинтересовался я ей в спину.

— Она моя племянница, — гордо заявила та, оборачиваясь. — Её мама — моя старшая сестра, и она сейчас в темнице у императрицы. Бабуля говорит, вы поможете её освободить. Правда?

— Э-э-э, — я глянул на шокированную таким заявлением Гринду. — Сделаем, что сможем, госпожа.

Маленькая телепатка важно кивнула и удалилась, уводя за собой половину грозных захватчиц Медной Долины, словно собачонок на выгул.

Мы переглянулись и отправились на поиски второй половины. Долго искать не пришлось: за следующим углом мы наткнулись на паренька-слугу, который многозначительно на нас глянул и пошёл мимо, бормоча вроде как себе под нос:

— Госпожа Спивонда велела разыскать всех своих подчинённых и передать им приказ собраться в её гостиной. Разыскать всех подчинённых госпожи Спивонды и передать им, что пора собираться в её гостиной…

— Интересно, а где гостиная госпожи Спивонды? — задумчиво произнесла Нея.

— …в гостевой гостиной на четвёртом этаже юго-восточного крыла… — не меняя тона, пробормотал слуга и исчез за следующим углом.

Оккупантки нервничали. Из-за приоткрытой двери в конце богато украшенного коридора доносились их голоса: кто-то высказал предположение, что лентяй-посыльный наплевал на приказ и, выполнив его лишь наполовину, отправился по своим делам.

Мы терпеливо ждали.

Из-за двери показались двое. Видно, командирша заподозрила неладное и решила перестраховаться. Кроме того, женщины шагали медленно, с опаской поглядывая по сторонам. Вряд ли они каждый день так ходят по этим коридорам, в которых чувствуют себя полноправными хозяйками.

Оставалось подождать, пока отойдут подальше — там в засаде наши девушки и Айр, они справятся. Главное, чтобы не наделали шуму…

Вдруг одна из стражниц замерла на месте и жестом велела спутнице последовать её примеру. Повела носом, словно зверь, прикрыла глаза. И заорала, пятясь к двери:

— Тревога! Тревога! Они здесь!..

Я цыкнул, но выскочил из-за здоровенного горшка с причудливым растением, за которым, как мне казалось, надёжно спрятался. Вторая стражница отбила мой удар, а первая успела юркнуть обратно за дверь, предоставив подружке отдуваться в одиночку. А потом ещё и захлопнула тяжёлые створки. Тоже мне, командный дух.

Подоспевшую Гринду этот поступок разозлил ещё больше, чем оставленную на произвол судьбы стражницу — судя по затейливой бранной конструкции, что она выдала в адрес собравшихся за дверями. Однако наладить взаимопонимание на этой почве девушки не успели: я, подкравшись сбоку, обездвижил противницу, Нея одним ударом разнесла её экран, а вторым — выбила дух.

— Сможешь как тогда, в бестиарии? — пытаясь отдышаться, она указала на толстое, обитое металлом дерево.

Я окинул критическим взглядом коридор — не завалило бы — и кивнул. Отошёл подальше, прогнал по жилам свою волшебную кровь, ощутил, как знакомо набухают кончики пальцев… Удара такой силы должно хватить.

Двери вдруг распахнулись.

От неожиданности — и интуитивно понимая, что ничего хорошего за ними быть не может — я отпустил накопленную энергию. Ураганом промчалась она по коридору, мимо вжавшихся в стенку девушек, и сбило с ног существо, что стояло на пороге.

Конечно, чёрт. Ведь командирша — укротительница. Разумеется, она держит в питомцах какую-нибудь пакость. Я чувствовал, что сыт по горло фауной этого мира, и знакомиться с очередным её представителем жуть как не хотелось…

Однако и не пришлось. С этой зверюгой я был уже знаком. Такая же нелепая рыбья морда на лохматом медвежьем теле, такие же заячьи уши и неприятно человеческие глаза — только вот теперь в них плескалось совсем другое выражение…

— Он пьяный! — в ужасе заорал Йорф. — Гринда, Руто, это пьяный порсхват! Они его напоили, пока вон та тянула время!..

Зверюга причмокнула своими рыбьими губами и кинулась на крик — только и мелькнули белым росчерком в воздухе длинные уши. Йорф успел отпрянуть, и порсхват с грохотом проломил стену, у которой тот только что стоял. Во все стороны полетели обломки, пыль и брызги — кажется, в стене был спрятан водопровод.