Ну блядь… спасибо, что ли. Вроде сам хотел эти обещания услышать, но когда Настя их произнесла, на душе ещё херовее. Я никогда особо не верил в интуицию и прочую лабуду, но есть такие ощущения, что тихой гавани у нас с Настей не получится.

Зажмурившись, мысленно считаю секунды, когда можно будет открыть глаза и посмотреть на появление второй заветной полоски на тесте на беременность. Задержка больше недели, тянет низ живота, а ещё какая-то слабость в теле появилась, хочется всё время спать. Ни разу в жизни я ещё не была беременной, но зато хорошо осведомлена обо всех симптомах ранних признаков беременности. У меня всё сходится, и я искренне надеюсь, что это оно.

Десять.

Девять…

Отсчитав до нуля, трусливо приоткрываю один глаз, фокусируюсь взглядом на тесте. Одна полоска всего. Огорчение вырывается из груди тяжёлым вздохом, ведь я так надеялась на беременность, тем более мы с Данилом активно работали в этом направлении последние несколько месяцев.

Встав с бортика ванной, где я просидела последние десять минут, хватаю тест на беременность и швыряю в мусорное ведро. Упираюсь в раковину обеими ладонями, смотрю на своё лицо в зеркальном отражении. На губах ползёт кривая ухмылка, в глазах печаль не просветная.

Нет, я не сильно расстраиваюсь, даже не думаю опускать руки, но всё-таки. Почему беременность не наступает, ведь Потоцкий же оказался небесплодным? В голове разные мысли на этот счёт, все они причиняют боль, пусть не физическую, но от моральной мне тоже не легче.

Похлопав себя по щекам, чтоб придать лицу здоровый вид с лёгким румянцем, выхожу из ванной. Данил сидит на диване в гостиной, заметив меня, он вскидывает бровь.

— Ты ещё не собралась? — взглядом скользит по мне вверх-вниз, а я до сих пор одета в пижаму в отличие от него.

— Дай мне пятнадцать минут.

Дождавшись, когда Данил кивнёт, я спешу на лестницу. Быстро поднимаюсь на второй этаж и, оказавшись в спальне, включаю максимальную скорость, на которую сейчас только способна.

Одеваюсь в привычные джинсы в обтяжку и свитер крупной вязки. Волосы заплетаю в косу, на скорую руку делаю простой макияж: тон на лицо, немного румян на скулы и скульптор в тех местах, где нужно подчеркнуть контур лица. Завершив красить губы нюдовой помадой, брызгаю любимыми духами на запястье и область шеи. Выгляжу не фонтан, но на большее я сейчас вряд ли способна.

Уложившись в обещанные пятнадцать минут, спускаюсь к Данилу в гостиную. Потоцкий выключает телевизор, подходит ко мне. Вглядываясь в моё лицо, рукой тянется к скуле, гладит её нежными движениями.

— Ты не заболела, Насть?

В его голосе обеспокоенность и я ловлю себя на мысли, что от мужа мне ничего не скрыть. Он уже успел меня изучить, читает как открытую книгу.

— Я не знаю, чувствую себя не очень.

— Может, тогда никуда не поедем?

— Нет, поедем. Я обещала родителям, они обидятся, если мы передумаем.

Тяжело вздохнув, Данил всё же со мной соглашается. Надев верхнюю одежду, выходим из квартиры, вызываем лифт и спускаемся вниз.

В подземном паркинге нашего дома Данил прогревает мотор «Ровера», а я стою рядом с машиной и курю айкос. Пора бы уже бросить эту дрянь, но как-то не выходит. Знаю, это лишь самовнушение, но меня немного успокаивает никотин, а я сейчас напряжённая донельзя. Моя жизнь наполнена сплошным стрессом, я только успеваю отойти от него, как снова случается какая-то дрянь.

Вот сейчас меня колбасит от сомнений: стоит ли мужу рассказывать о том, что меня гложет. Данила не парит, что беременность не наступает, спокойный в то время, как я себе места не нахожу. И всё чаще задаюсь вопросами, что со мной не так, ведь с Потоцким всё вроде бы гуд.

По дороге в родное село заезжаем в гипермаркет. Затарившись по самый верх продуктовой корзины едой и напитками, выезжаем на трассу. Я молчу всю дорогу, смотрю на зимний пейзаж через лобовое стекло и грущу. Мысленно строю планы на январь, после праздников обязательно обращусь к гинекологу, пройду полное обследование, получу ответы на все свои вопросы. Но Данилу пока ни о чём рассказывать не буду, не хочу в лишний раз напрягать его своим депрессивным состоянием, он и так хлебнул со мной достаточно. И как только не бросил после всего? Наверное, любит, как и говорил.

— Мам, пап! — выйдя из машины, спешу навстречу родителям, которые стоят за воротами, встречая нас с Данилом.

— Доченька, — мама первой меня обнимает, хаотично покрывает поцелуями мои обе щеки, всё наглядеться на меня не может, словно не видела очень давно: — Боже, как же я по тебе соскучилась.

В отличие от мамы более сдержанный папа просто обнимает меня, говорит, что рад видеть. Потоцкий тоже здоровается с родителями и пока он находится в крепких объятиях тёщи, мы с папой достаём из багажника «Ровера» пакеты с продуктами.