Это, я так думаю, пилоты.

Тогда, наверное, есть смысл, разделавшись с теми, кто сейчас собирается навестить ангарную палубу, заняться пилотами вплотную.

Конечно, можно было бы разобраться с ними и параллельно, так как против Проньки и его плазменных гранат у них нет никаких шансов…

Но мне хотелось бы захватить полностью их замечательный кораблик, и уже с его помощью вернуться в метрополию.

А то пока ещё имперские корабли сюда доберутся…

Вот поэтому уничтожать пилотов я и не хочу.

Ведь если их захватить, то уж замотивировать то их на оказание помощи нашей компании мы сможем, хе-хе…

Другое дело, что и об остальных рейнджерах забывать не стоит. Они ребята серьёзные, и могут нам здорово напакостить…

Тогда отправляю к пилотам Боню. Для страховки. В случае, если всё пойдёт наперекосяк, то он их по моей команде порвёт.

Не хотелось бы, конечно, но надо быть готовым ко всему.

Тем временем, Зоэ занялась блокировкой переходов и шлюзов на пути тех групп, что отправились к нашему жилому блоку и ходовой рубке.

Надо, чтобы им было, чем заняться, покуда мы с их товарищами тут разбираться будем.

Да и вообще, не стоит их до ходовой рубки допускать. Там у нас пара живых негодяев осталась…

Хотя, пусть Пронька им гранатку-то и подбросит сейчас, а то как-то неправильно получается. Корешка то ихнего я пристрелил, а они типа пропетляли… Несправедливо, однако.

И рубку приведём в негодность, чтобы они там чего лишнего не понажимали.

Зоэ, конечно, всё на контроле держит, но так оно мне поспокойнее будет.

Пронька деловито сгрёб пару гранат и растворился в астрале.

Ну а мы решили, не мудрствуя лукаво, воспользоваться тактикой, которая уже хорошо себя зарекомендовала.

То есть опять сделать засаду в том самом люке, который расположен на потолке.

Только для верности, кроме Лизы и Кирилла, который уже следовал за ней, как привязанный, я решил туда ещё Светлану отправить.

Она у нас с Хаосом работает, а потому, если огонь Елизаветы не справится с доспехами рейнджеров, то она их своими жуткими техниками точно добьёт.

А тут, внизу, оборону буду держать я в компании Истер и Алевтины. Ну, и гвардейцы наши, они ребята тоже не слабые.

Я думаю, что наших общих усилий должно хватить для того, чтобы разобраться с троицей рейнджеров.

Только надо всё побыстрее подготовить, а то они уже на подходе, как говорит Зоэ.

А она это не просто так говорит, а на основании срабатывания датчиков движения, так что словам её можно доверять.

Кирилл подсадил девчонок, они забрались в люк, после чего без труда втянули Вяземского к себе.

Люк закрылся, засада готова.

Мы же расположились в ангаре, держа под прицелом вход.

Остаётся только ждать. Кстати, только мы заняли свои позиции, как вернулся с задания Пронька.

И тут же предоставил видеоотчёт. Небольшой видеофайл повествовал о драматических событиях, которые совсем недавно произошли в ходовой рубке нашего корабля.

Перед умершим пультом понурившись сидят два негодяя, которые презрели свой служебный долг за малый прайс.

И теперь они натужно размышляли о том, как бы им отвертеться от грядущих обвинений в государственной измене.

Но сердобольный Пронька избавил их от необходимости думать об этом… Да и вообще, от всех земных забот их избавил.

Забавно было наблюдать, как менялось выражения лиц этих двух смертников, когда они вдруг увидели прямо перед собой активированную плазменную гранату с задорно моргающим огоньком, отсчитывающим мгновения до взрыва.

А над гранатой медленно таяла улыбка Проньки…

Сюрреализм происходящего настолько ошеломил этих двоих, что они даже не попытались вскочить…

А в следующее мгновение всё видимое пространство утонуло в пронзительно-белой вспышке плазменного взрыва.

Пронька не поленился, и представил отчёт о состоянии рубки, в которое она пришла после взрыва.

Закопчённые стены, оплавленный пульт. Обгорелые кости и два радостно скалящихся черепа, тоже обгорелых, само собой.

Значит, с ренегатами разобрались, заодно ходовую рубку в полную негодность привели.

Это хорошо. А вот, кстати, и гости к нам пожаловали.

Это узнали по тому, что на двери шлюза возникла нестерпимо яркая точка, медленно ползущая вниз и оставляющая за собой узкую прорезь с раскалёнными до красна краями.