Это рейнджеры, обнаружив, что шлюз намертво заблокирован решили, не долго думая, просто прорезать себе дорогу в толстом металле шлюзовой створки.

Ещё пару минут эта белая точка ползла по двери. Наконец толстый прямоугольник металла вывалился к нам, и в образовавшемся проёме показалась фигура косморейнджера.

Следует отметить, что поля отчуждения у них были, не смотря на то, что надетые на них доспехи относились к категории облегчённых.

Мы не стали ждать, пока они все сюда пролезут, а открыли огонь в тот момент, когда первый рейнджер высунется с нашей стороны из узкого отверстия, прорезанного плазмой.

Надо сказать, что этот парень не растерялся, а, вместо того, чтобы задержаться хоть на мгновение, продолжил движение и вывалился к нам.

За ним, стоило только проходу освободиться, сунулся второй.

Девчонки дожидались, наверное, именно подобной ситуации. То есть с каждой стороны прохода находилось по рейнджеру, а ещё один был в самом проходе, и был лишён возможности полноценно участвовать в столкновениях, которые происходили с обоих сторон.

В общем я увидел, что силуэт рейнджера в проходе подсветился вдруг ярким пламенем.

Это Лиза взялась за дело.

А с этой стороны по обоим рейнджерам дружно ударили излучатели моих гвардейцев.

Истер пристально смотрела на того, что пытался всё-таки пролезть к нам.

Результат не замедлил сказаться.

Бедняга в последний момент споткнулся, и растянулся на металлическом полу около своего товарища, который в этот момент посылал импульс за импульсом в сторону моих гвардейцев.

Я счёл наконец, что это подходящий момент для того, чтобы попытаться разделаться с обоими агрессорами.

Я без замаха кинул два сюрикена подряд — по одному для каждого оппонента.

Сюрикены ударились о поля отчуждения доспехов этих ребят и со звоном упали на пол.

Но на этом моя атака не закончилась. Сюрикены, на которых уже никто не обращал внимания, вдруг потекли двумя серебристыми струйками по полу к рейнджерам, и, достигнув подошв их обуви, почти мгновенно впитались в них.

Перед нанитами стояла задача отключить поля отчуждения. И они, судя по тому, что очередной выстрел со стороны моих гвардейцев влип в грудную пластину штурмового доспеха агрессора, справились. Другое дело, что хитрое напыление на защитных пластинах защитило нашего противника.

Но, с исчезновением поля рейнджер стал уязвим перед планируемой мною атакой.

Увидев, что поля нет, я скомандовал Алевтине, чтобы она устроила тут маленькую грозу.

И Забелина не подкачала! Гроза у неё получилась совсем не маленькая. Две минуты бушевали сиреневые молнии, заставляя наших оппонентов конвульсивно дёргаться.

Когда пляска электрических разрядов завершилась, на полу лежали две неподвижные фигуры, из сочленений доспехов которых поднимались ленивые струйки дыма, да по потемневшей броне изредка проскакивали искорки.

— Кажется получилось, — неуверенно сказала Алевтина, вопросительно глядя на меня.

— Получилось, — успокоил я девушку, — эти не опасны. Стойте на месте, я посмотрю, как там их третий друг себя чувствует… — и осторожно пошел к дыре.

На той стороне всё было нормально. То есть Кирилл с девушками уже спустились вниз, а в уголке лежало то, что когда-то было рейнджером.

Это была неаппетитная куча изъеденных какой-то ржою металлических пластин, из-под которых проглядывали почерневшие кости. Всё это было обильно покрыто сажей.

— Ну, как у вас тут? — спросил я, оглядывая останки бравого штурмовика.

— Ну, как видишь, — устало сказала Лиза, — разделались мы с ним.

— Но попотеть таки пришлось, — включилась в разговор Светлана, — очень уж этот гад был живучим.

— Молодцы, девчонки, — их действительно стоило похвалить, они уделали троих косморейнджеров с моим минимальным участием, — пять минут вам на восстановление сил, и пойдём охотится за остальными охотниками. Хотя…

Как раз когда я говорил эти слова, Зоэ решила меня немного огорчить:

— Я думаю, тебе интересно будет узнать, — сказала она ехидно, — что остальные группы штурмовиков резко изменили свои маршруты.

Что-то последнее время она у меня полюбила строить из себя какую-то вредину, наверное, надо отрегулировать настройки.

Всплыла в памяти фраза из древней киношки: «Сейчас с людьми надо помягше, а на вопросы смотреть ширше»…

— Да, согласился я сам с собой, — со мной точно надо помягше, я же такой ранимый и нежный… И каждый так и норовит меня пнуть. Вон, ещё семь жлобов по мою душу топают…