Повертел окровавленным ножом перед его зенками. — Поговорим?

Тварь отвернулась и засучила ногами.

— Наверное, мистер не желают беседовать со мной? — Ткнул лезвием ему в пах. Руку обдало горячим. Надеялся, это кровь, но, сука, нет!

— Ну вот нахера ты меня обоссал? — Новый тычок ножа под мочевой заставил детину извиваться, как ужа. — Говорить будем?

Однако ушастый по-прежнему не проявлял интереса к моей персоне, и я, предупредив, что больше спрашивать не буду, снял с него ботинок, отрезал ему мизинец и начал срезать с его ступни небольшие лоскуты кожи. На третьем лоскутке гвельф сдох. Слабенькие вы, млять, какие-то… Вытер нож и пошел искать нового потенциального «собеседника».

Искать пришлось недолго. На этот раз, можно сказать, мне повезло! Второй и последний оставшийся на корабле член экипажа была ушастая девка. Причем по возрасту совсем соплячка, едва вышедшая из подросткового возраста. Гвельфийка-пилот сидела в кресле и увлеченно жрала какую-то херню из огромной пачки с кучей рекламы: толи жвачек, толи презервативов.

Я зашел в кабину пилотов, мадам обернулась и, офигев от удивления, выронила пачку, рассыпав пластинки еды на пол.

— Херли ты на ночь жрешь? Жопа вырастет!

Мадам взбледнула, и на перекошенном от страха милом личике мигом выступил пот.

— Эттто диетическое… — гвельфийка быстро подняла пачку с пола и ткнула мне в надпись о низком содержании калорий. Затем, спохватившись, отшвырнула жратву и попыталась выдернуть из кобуры пистолет.

— Но-но! — Хруст в ее заломленной руке быстро охладил мадам и расположил к беседе.

Пистолет я разрядил и, убрав его в карман, уселся напротив девчонки. Мадам растирала вывихнутое запястье и кидала на меня перепуганные косяки.

— Знаешь, кто я? — Ушастая быстро закивала головой.

— Имя есть?

— Ияль. — Девушка сглотнула. — Не надо!

— Что не надо, Ияль?

— Не убивайте меня, пожалуйста! Я вам все расскажу! Я всё сделаю! Я… Не надо! — Гвельфийка спрыгнула с кресла и упала мне в ноги.

— А почему я не должен этого делать? Вы же сюда не с предложением мира и дружбы пожаловали?!

Схватив девку за шкирку, с силой усадил в кресло. Девица, подвывая и размазывая слезы, закрыла ладонями покрасневшее лицо. Немного подождал, пока она успокоится и перестанет выть.

— Говорить будешь?

Миленькая головка затряслась в знак согласия. «Только не убивайте меня, прошу!»

Щенячьи глазки ярко-фиолетового цвета уставились на меня в упор. Хитрит сучка или реально трусит?

— Что с тобой делать, еще не решил. Будешь со мной играть — удавлю! Это понятно?

Ияль снова затрясла своими черными кудрями, и затем ее прорвало! За какие-то полчаса я узнал и где она родилась, и какие у нее хорошие мама и папа, и бабушка, и как она училась в школе, а отец горбатился на двух работах, чтобы ее выучить, и как ей было тяжело среди богатых одноклашек, и что она получила высший балл в летной академии, а потом на отлично сдала курс пилотирования новейшего разведывательного корабля.

И про приставания одного солдата, и про то, как она закатила ему по яйцам. И про полет в никуда, за который ей пообещали освободить отца и мать, внезапно арестованных за якобы публичные высказывания в адрес короля, которые порочили его честь.

И про меня, о котором говорят, что я «сущий кошмар» и мной чуть ли не детей своих пугают, чтобы не шалили!

Больше она ничего не знала, лишь хотела, чтобы ее родителей освободили.

В заключение девушка, утерев слезы, сняла блокировку и вынула искин из приборной панели, торжественно протянув его мне.

Выслушав этот поток эмоций, принял неожиданно миниатюрное устройство из дрожащих рук.

Ияль не сводила с меня глаз. — Что вы будете делать?

— Изучу информацию. Если не соврала, будешь жить!

— Спасибо! — и снова у моих ног. И снова слезы. Да что за напасть такая…

Захваченный корабль я перегнал ближе к базе. К сожалению, второй корабль, о котором мне сказал «черный гвельф», смылся сразу после окончания боя у входа в подземный комплекс Аскалы. Теперь король узнает о том, что я действительно здесь, и стопроцентно стоит ждать очередных гостей…

Накормив и определив гвельфийку в комнату отдыха, я побрел в командный центр. Слишком много новостей и событий свалилось на мою голову, которые надо было обсудить с искином и решить, что делать дальше.

Я подключил отданный мне ушастой искин к искину базы и стал дожидаться расшифровки данных.

Тихое шуршание системы вентиляции бункера обдавало меня свежим, слегка ароматизированным хвоей потоком воздуха. Добавив мощности до максимума, я закрыл глаза и откинулся в кресле, наслаждаясь подобием ветра, который что было сил гнала турбина кондиционера.