Я вытер катану от крови о скаф мертвого гвельфа, что валялся у входа, и пошел к деревянным дверям, ведущим во дворец. Пора на «аудиенцию» к королю. Ну держись у меня, сука!

Вынеся двери ударом ноги, я ввалился в огромный холл дворца Йекутиэля. Там было полно ушастых, разодетых в великолепные по красоте платья и костюмы. Никогда мне не доводилось видеть такой роскоши!

В холле был полумрак. Горел только слегка красноватый свет аварийного освещения. Все присутствующие сидели вдоль стен. Самки гвельфов перешептывались между собой тихими голосами. Некоторые плакали, а самцы шипели и скалили клыки, глядя на меня.

Одна ушастая девка встала и, скривив надменную гримасу, заявила, что она племянница короля и у них тут бал! И что я уже давно труп, раз посмел им помешать! Вот оно как. Стало быть, я, как в той поговорке: «С корабля на бал» зашел. Прикольно!

Посмотрел на это чудо: м-да, по возрасту — совсем соплячка, но фигурка, конечно, огонь! В принципе, как и у всех них. И грудь так, под твердую троечку. Но вот на мордаху эта «племянница» была не очень. Слишком большие глаза и широченный рот с тонкими губами портили всю картину «модели».

— Уймись, не то грохну, — я отмахнулся от этой пигалицы. — Король где?

Однако мадам это не остановило. Она распахнула свою широкую пасть и, зашипев, словно змея, попыталась меня ударить своей когтистой лапой! Мало того, к ней подключился еще один гвельф. Такой же сопляк, как и она.

Он выхватил из ножен на поясе коротенький кортик и, направив его на меня, зашипел: — Защищайся, макака!

— Ты млядь серьезно?

Перехватил катану за лезвие, я вмазал рукояткой по лбу этого дегенерата. Такого клоуна даже не хотелось убивать! Ушастый повалился на пол и больше не двигался. Видимо, потерял сознание. Девка, мельком глянув на этого чудика, бросилась на меня. Просто схватил ее за шею и, немного придушив, приподнял над полом. Пигалица заскулила и выпучила свои зенки. На гладкий мрамор потекли струи отвратительно вонючей жидкости. Обоссалась, сука…

Обратился к присутствующим: — Или говорите, где король, или я ее убью!

Два уже немолодых гвельфа выбежали из боковых дверей на шум. Первый, тот, что постарше, оступившись, упал на гладкий пол, а второй — выстрелил в меня из пистолета. Пуля ударила в мою кирасу и, выбив сноп искр, отрикошетила от брони и с визгом ушла куда-то в сторону. Отрубив этому стрелку голову, я задал свой вопрос тому, что валялся на полу: — Где король?

— Не убивай! Это моя дочь! — гвельф умоляюще смотрел на ушастую, трепыхающуюся в моей вытянутой руке.

— Или говори, где Йекутиэль, или… — я сдавил шею гвельфийке, и та начала хрипеть от удушья.

— Там! — ушастый указал на лестницу, ведущую наверх. — Отпусти!

Я кивнул ушастому и отшвырнул задыхающуюся девку в сторону.

— Охранение есть? — задал я последний вопрос этому старому «папаше».

— Нет. Там он, один! Он всегда один.

— Благодарю!

Это последнее, что услышал граф перед тем, как я вмазал рукоятью меча ему по лбу…

Больше никто не рыпался. Ушастая пришла в себя и тупо смотрела на своего бесчувственного папашу. Я попер дальше вверх по лестнице. Вынес дверь с петель, ввалился в просторный кабинет и мгновенно столкнулся со злобными глазами Йекутиэля. Вот она, тварь, по вине которой умерло слишком много близких мне людей!

Король уже стоял с мечом в руках. Это был искусно сделанный полуторник, на подобие средневекового «бастарда». Еще в детстве помню. У мамы была энциклопедия. И я ее иногда брал, чтобы полистать. Нет, читать мне не очень нравилось. Тем более там было множество скучных исторических справок и сложных терминов. Мне нравились картинки! Их я мог рассматривать часами. Ну и названия, соответственно, были под каждым оружием. Мне нравился этот «бастард». И я даже иногда представлял, как будто я рыцарь, на дворе средневековье, а я доблестно сражаюсь против каких-то чертей. Естественно, я был непобедим!

Вот и у Йекутиэля был подобный меч. Длина клинка — около метра. Гладкое, отполированное до зеркального блеска узкое лезвие, которое заканчивалось широкой гардой в виде креста. Кажется, выполненной из золота. Сплошь покрыто узорами и с огромным черным камнем в обухе рукояти.

— А! Это ты, грязная обезьяна! Сколько же тебя можно ждать? — король изобразил скучающий вид. Он прошелся вдоль своего стола. Я предпочел молчать и не поддаваться на его провокации.

— Знаешь что, дружок… Не обижайся, но я не буду в тебя стрелять. Я просто тебя зарежу. Как животное, как зверя. Этим мечом. Как делали мои предки, когда очищали эту планету от тварей, подобных тебе!

Йекутиэль прокрутил меч в руке и небрежно закинул клинок на полусогнутую руку. Будто и не стойка даже, но я догадывался, что меч не просто так нацелен мне в грудь.

— Итак! Готов сдохнуть, зверь?! — король прыгнул ко мне.

Длинное острие в одно мгновение оказалось у моего живота. Невероятным чудом успел увернуться, и лезвие меча Йекутиэля скользнуло вдоль скафа, срезав с него несколько чешуек. Вот это заточка! Собственно, ничего из ряда вон выходящего, просто укол. Но какая скорость!