— Господин, вы что творите?! — вдруг возникает женщина в форме охранной фирмы. — Зачем устраиваете самострой?! Этот парк — объект под охраной ЧОП «Рога и Копыта»! Быстро уберите не предусмотренный утвержденным планом ландшафтный элемент.

Мы с Лакомкой удивленно переглядываемся. По-моему, лианный портал только пошел на пользу парку. Вон уже народ собирается, чтобы пофоткаться на его фоне. И особенно странной выглядит претензия этой женщины, когда в нескольких метрах двое пропойц намусорили на лавке, оставив пустые бутылки из-под пива. Сейчас они громко ржут, пугая гуляющих рядом мамочек с детьми.

— Мне просто убрать портал, уважаемая? — уточняю.

— Именно. Просто убрать, — сурово кивает женщина, взявшись за дубинку на поясе. — И заплатить штраф в сто пятьдесят рублей.

Ага, теперь понятно, откуда такое точечное рвение в «контроле за соблюдением порядка». Частная охрана не имеет право брать никакие штрафы, максимум делать предупреждение.

— Без проблем, — демонстративно сую руку в карман, и женщина уже довольно улыбается. — Только сначала покажите регламент администрации парка, где указан размер штрафа за украшение парковой тропы.

— Ммм, боюсь, с собой у меня нет документа, — женщина отступает на шаг. — Ладно, господин, на первый раз прощаю. Не надо штрафа.

Она спешно ретируется, но кто же теперь просто так отпустит эту взяточницу и вымогательницу?

— Назад, — командую, и женщина бегом возвращается обратно. Глаза у нее стали немного стеклянные, но это ненадолго. — Кажется, в парке творится настоящее правонарушение, — киваю на пьяниц, которые уже матерятся на испуганных мамочек. — Вы как блюститель порядка должны это прекратить. Прошу вас.

И охранница, выхватив из петли дубинку, с криком бросается на пьяниц.

— Прекратите нарушать порядок! — вопит она между грозными взмахами. — Иначе я применю силу!

— Тамаровна, ты чё! — орут пьяницы в панике. — Мы же тут часто бухаем! И тебя угощаем… А-А-А-А! Кхм-ммхх…

Два крепких удара вырубают «синяков», а Тамаровна, придя в себя, удивленно хлопает глазами. Еще больше она удивляется, когда мамочки с детьми принимаются благодарить грозную охранницу парка. А мы с альвой покидаем столь чудесный парк.

— Мелиндо! Какие же в твоей стране смелые женщины! — умильно улыбается Лакомка, хитро глянув на меня.

— Ты еще не видела, как они коней на всем скаку останавливают…

Мы выходим с противоположной стороны и немного прогуливаемся по проспекту. Возле одного подъезда замечаем парня, который усердно роется в карманах своего рюкзака, явно что-то ища.

— Где же они… — бормочет он.

Приглядываюсь к нему.

— В брюках, — бросаю я, когда прохожу мимо с Лакомкой под руку.

Парень удивленно смотрит на меня, а потом, нырнув ладонью в карман брюк, выуживает звякнувшие ключи.

— О, точно, — выдыхает он нам в спины.

— Ты заглянул ему в голову, мелиндо? — с любопытством спрашивает Лакомка, когда чуть отдаляемся от подъезда.

— Зачем? — удивляюсь. — Просто у него ключи выпирали сквозь карман.

Уже по дороге домой, в салоне автомобиля, у меня внезапно просыпается мобильник. Экран загорается, высвечивая незнакомый номер.

— Кто это?

— Данила Степанович, вас беспокоит лично хан Серик Ахметов, — звучит сухой голос с казахским акцентом. — Хан Среднего Жуза, если вдруг вы не знаете, кто я. Надеюсь, что такое Жуз вам не нужно объяснять, молодой человек.

— Не нужно, Серик Морхетович, — усмехаюсь. Вот и новый сосед объявился. Средний Жуз владеет землями рядом с Кустанаем. — Чем обязан звонку? Или это просто добрососедский жест?

— Не просто, — обрубает хан. — Вместе с Костанаем вам от Бирюзовых досталась Железная гряда. Это исконные земли моего Жуза. Я требую возврата нашего региона.

— Или что? — спокойно спрашиваю.

— Хм… — немного теряется Ахметов, но тут же бодро доводит угрозу до конца: — Или мы заблокируем все товарные маршруты из Костаная. Вы не сможете вывозить добытое железо, разве что в обход, неся дополнительные издержки.

Мда, и почему я не удивлен? Ахметов боялся связываться с Бирюзовыми, но меня не боится. А всё почему? Потому что никто не знает, что боярину досталось нехилых лещей именно от меня. Ну что ж, зато все знают о багровом Черве и победе над ракхасами.

— А если я уничтожу ваши заграждения, хан? — спрашиваю ровным тоном.

— Русским нельзя воевать с нами, — с превосходством объявляет Ахметов. — Приказ вашего Царя, неужели не знаешь?

Вообще-то можно, просто на это требуется прямое разрешение Львовых. Закон «О коренных народах» защищает эти самые народы от произвола русского дворянства, но не дает им полный карт-бланш. Но в чем-то Ахметов прав, ведь потребуется время на получение разрешения.