Ульяна и Семен Стоеросовы — сироты. Недавно каменщик смог выслужиться в армии и заработать прилично денег. Немалая сумма из них ушла на закрытие кредита за обучение в военном вузе. Только потом сестра Ульяна серьезно заболела, и все деньги ушли на Целителей. Семен бы заработал еще, да попал в ханьский плен, где до сих пор и считался погибшим согласно рапортам его сослуживцев.

— Простите, чем могу помочь? — спрашивает женщина, открыв мне дверь квартиры. Вид у нее усталый, но лицо приятное, миловидное. И стало бы еще более миловидным, не будь синяков под глазами.

— Скорее, это я могу вам во многом помочь, — усмехаюсь, подняв руку с гербовым кольцом. — Позволите зайти?

Видимо, из-за усталости она до сих пор не замечает печатку с филином. Да и кто на ее месте ожидал бы встретить дворянина в немытом подъезде?

— А вы случайно не тот мошенник, что разводит бабушек нашего дома на фильтры для труб? — грозно сужает Ульяна глаза. Кажется, за соседских бабушек она готова собственными руками избить того проходимца. Узнаю породу Стоеросовых.

— Боюсь, что не он, — улыбаюсь. — Я — граф Данила Вещий-Филинов.

— Какой еще… — тут она наконец замечает перстень. — Граф?! Ваше сиятельство?! Простите! Я… я не ожидала!

— Не нужно кланяться, — поспешно останавливаю ее. — Я к вам пришел из-за вашего брата. Впустите?

— Из-за Семена? — бледнеет женщина, посторонившись. — Но он же погиб. Сослуживцы сообщили…

— Погиб да не совсем.

Когда мы усаживаемся в крохотной гостиной, я просто «включаю» Стоеросова и отдаю ему во временное пользование свое тело. Со стороны наблюдаю, как Семен путано пытается объяснить сестре, что вот он живехонький, просто теперь квартируется в теле графа, но сестра только хлопает офигевшими глазами. Затем Семен меняет стратегию. Он переходит к общим с ней воспоминаниям, сообщает вещи, которые знает только он и Ульяна. В общем, спустя два битых часа сестра, вся в слезах, жарко обнимает нас с Семеном. Ну наконец-то! И года не прошло!

«Загляни в левый карман пиджака» — я передаю Семену.

Он с удивлением достает звякнувшие ключи.

— Что это? — спрашивает Ульяна.

— Я не знаю, — отвечает Семен и вслух спрашивает: — Шеф, что это?

«Ключи от двушки на Пресненской, бумаги уже переписаны на имя твоей сестры, — сообщаю. — Только ты не всё достала».

Покопавшись, Семен выуживает сберкнижку, тоже оформленную на Ульяну. На первой странице прописано зачисление на миллион рублей.

— Шеф, за что нам это всё?! — продолжает вслух спрашивать Семен, растерянно держа в руках ключи и сберкнижку.

" Небольшой аванс за твою службу, — объясняю. — На твое имя будет оформлена такая же сберкнижка. Так что твоя сестра может тратить эти деньги чисто в свое удовольствие".

— Спасибо, шеф! — на глазах Семена, вернее, на моих глазах наворачиваются слезы. Что мне совсем не по душе.

«Слушай, легионер, давай прекращай распускать нюни и общайся с сестрой. Нам скоро уходить».

Семен послушно исполняет приказ, а я в это время погружаюсь в медитацию. Где-то через полчаса меня отвлекает голос Семена:

— Шеф! Шеф! Тебе СМС! — кричит он зачем-то вслух, тряся мобильником перед нашими глазами.

На дисплее сообщение от Красного Влада.

«Золотой Дракон объявился. Группа „Тибет“, общий сбор».

— Вызывали, Владислав Владимирович? — заявил я, появляясь на пороге кабинета Красного Влада. Здесь уже был полный аншлаг. Все в сборе: Веер, Мерзлотник, Шаровой и Дюша Метёлкин… Шутка. И, конечно, Фирсов.

— Конунг Данила, присаживайтесь, — Владислав указал на свободное кресло в уголке для отдыха. Остальная группа уселась рядком на диване, тесно прижавшись друг к другу. Для меня сберегли вип-место. Оказывается, быть августейшей особой очень лестно.

Для себя же начальник Охранки выкатил из-за стола свой рабочий стул.

— Мы без вас не начинали.

— Понятно. А нас время не поджимает? — спрашиваю я, неторопливо усаживаясь в мягкое кресло. — Золотой Дракон не улетит восвояси?

— Да он еще не прилетел, дорогой, — отмахивается Веер.

— Дорогой? — приподнимает брови Владислав и косится на Фирсова. Видимо, начальник Охранки в курсе об интрижке старого ликвидатора и польки-актрисы, а вот «дорогой» почему-то вовсе не он.

— Отрабатывает легенду прикрытия, — коротко роняет Устранитель. — Ковальски вжилась в роль.

— А, понятно, — с пониманием относится царский брат. — Данила, дело в том, что тревога оказалась не то, что ложная, но немного преждевременная. Рядом с золотоносными шахтами Кимадзаро сегодня открылся портал, но Дракон не вылетел из него, а портал вскоре закрылся.