Так этому ублюдку было мало, он еще и решил отнять у самого Рона его законное место. Это он напарник Генриетты, он с ней дружит с детства, и он единственный, кто достоин прикрывать ее спину и быть ее напарником. Да, на тренировках у него не получалось действовать с ней слаженно, но он старался исправить это и много учился, а теперь оказывается, что все это было бесполезным и он зря потратил время.

«Ничего, уроды. Все увидят, какой ты ничтожный и жалкий неудачник,– унял он ярость. – Как только Снейп разрешит дуэли, все это поймут. Я покажу им. Я открою глаза людям».

Да, шанс представится, и он его….

– Бон-Бон! Ты где? – окликнула его Лаванда. – А вот и ты. Ты куда ушел?

– А, ой, прости, - слегка смутился он. Он ведь собирался вечер со своей девушкой провести, а тут вспылил и вышел. – Просто нужно было проветриться.

– Ты в порядке? Ты выглядишь взволнованным, - забеспокоилась она.

– Нет, нет, все хорошо, - ответил Рон, не желая обременять любимую своими проблемами.

– Я же волнуюсь за тебя, - обеспокоилась Лаванда. – Если что, обращайся.

– Спасибо, - улыбнулся Уизли.

Ему была очень приятна поддержка и забота его девушки, что она беспокоится за него и пытается помочь. Если поначалу их отношения были довольно средними, то с тех пор, как они поговорили об этом и стали уживаться с минусами друг друга, то все стало куда лучше. Рон никогда не испытывал подобного и просто купался в заботе и внимании, а потому хотел только лучшее для своей любимой.

А потому он даже и не заметил, как весь негатив из него куда-то улетучился, и он вообще забыл, о чем только что думал…

– Сегодняшнее занятие будет в большей степени посвящено теории, так что будьте готовы к тому, что придется вести много записей, - говорил профессор Слизнорт. – А теперь давайте разберем формулу этого зелья. Так вот…

Пока учитель рассказывал нам, все мы старательно записывали. Практика практикой, но и теорию знать нужно, а ее на шестом курсе не меньше. Вот уже неделю все вернулись с каникул и теперь пытаются вернуться в привычный учебный режим, но не у всех это выходит.

Хотя мне как-то все равно. Я и так на каникулах не бездельничал, так что для меня особо ничего не поменялось.

Неделя после начала учебы ничем примечательным не задалась.

Мы все так же готовили наш проект, который весной нужно сдавать, готовились к ритуалу и занимались всякими забавными вещами, например, особыми тренировками. Я попросил Панси и Гермиону помочь мне с этим и сделать одну штуку. Что-то вроде вечно прыгающего мячика, что отскакивает от стен и может двигаться быстрее и быстрее. Этакий бладжер, но не металлический, а мягкий, чтобы не убить меня. Гермиона легко заколдовала для меня теннисные мячи, и в Выручай-Комнате удалось это опробовать.

Получалось весьма неплохо.

Я бегаю по комнате и уклоняюсь или блокирую мячики, которых с каждым разом все больше, и они все быстрее, а девушки в этот момент или устраивают мне какую-нибудь неожиданную подлянку типа неожиданного выстрела экспелиармусом или ступефаем, а также резко меняют траекторию полета снарядов.

Получилось неплохо, но и больно. Мячи на таком ускорении больно бьют, и после тренировки приходилось идти лечить синяки у мадам Помфри.

Пока что мы так занимались всего пару раз, но я решительно настроен продолжить.

Не скажу, что это прямо невероятно эффективная и полезная тренировка, но это хоть что-то, я не сижу без дела и как-то трачу свое время с пользой, а не в пустую.

Я же просто жду, когда директор начнет наши с Генни тренировки. Очень уж хочется поскорее начать, но приходится ждать. Как профессор Дамблдор освободится, так и начнет наше обучение. Генни же особым энтузиазмом не пылает и меня продолжает игнорировать, а вот почему, непонятно.

Гермиона пыталась узнать что-то, но Генни отмалчивается и не желает поднимать эту тему. Есть у меня подозрения, что это «ж-ж-ж-ж» неспроста и кое-кто приложил к этому свои ручонки.

Ну да ладно, сейчас это не важно.

Куда важнее то, к чему мы готовимся.

Панси рассказывала так:

– Итак, мои котятки, слушайте меня очень внимательно! – усмехнулась Панси, встав перед нами. – Через неделю мы вызовем Пака.

– Пак? – удивился я. – В смысле, как Робин Гудфэллоу(1) из «Сна в Летнюю Ночь»?

– А он точно нам сможет что-то ответить? – засомневалась Гермиона. – По мне, лучше нам позвать кого-нибудь посолиднее.