Была у нее изначально глупая мысль привлечь к разборкам с этой змеюкой брата, но быстро отказалась от этой идеи. Силового решения или угроз она не хотела. Джинни – стерва, а не мразь, да и с крышей у нее в отличие от Рона все в порядке. Да и брат после той памятной дуэли как-то отходить начал, и трогать его не стоит.

Пусть по ней и не скажешь, но Джинни брата ценила и любила, и зла ему не хотела. Пусть порой сама дразнила и подшучивала, но, понимая его положение, в последнее время стала стараться капризничать хотя бы не при нем.

Рассевшись в ванной, ощущая приятную горячую воду, что бурлила и пенилась, они немного расслабились.

– Погорячее бы сделать, - мурлыкнула Генни.

– Куда уж горячее? – фыркнула Гермиона. – И так жарко.

– Да? А по мне, слабовато.

– Не ровняй остальных по себе.

– Эх, людишки, не чета вы дракону, - усмехнулась Поттер. – Ну и ладно. Можно и так.

– Итак, Джинни, - обратилась к ней Панси. – Не могла бы ты мне дать совет?

Вот такая просьба оказалась несколько неожиданной, и Уизли слегка растерялась.

– Я тут пытаюсь научить Генни быть девушкой, но получается как-то медленно, - продолжила она. – Быть может, ты, как Третья Лучшая Подруга, дашь мне совета как лучше поступить.

– Ну, я даже не… Стоп! Какая еще Третья?! – округлились у нее глаза.

– Так, Первая, - указала Паркинсон на Гермиону. – Вторая, - указала на себя, - Третья, - палец повернулся к Джинни. – Ну, скажи, как лучше мне приучить Генни к женственности?

– О, нет, только не это, - застонала Генриетта. – Давайте лучше на нас какой-нибудь монстр нападет, чем выслушивать это!

– Ну, знаешь…

И к великому удивлению почти всех в ванной нечто все же услышало мольбу Поттер.

В следующий миг из воды вырываются какие-то щупальца - и тут же хватают всех вокруг.

– Кья-а-а-а-а-а-а-а-А-А-А-А-А! – закричала Джинни, когда отросток обхватил её ноги и быстро добрался до бедер и талии. Не успела она ничего сделать, как была поднята в воздух и склизкие холодные тентакли принялись опутывать ее талию.

Остальные девушки также были схвачены, и нечто начало их пеленать.

– Нет! Не трогай меня! – визжала Уизли. – Нет, не трогай мою грудь! Не-е-е-е-е-е-е-ет! Оно лезет!

– Ну, это хоть что-то интересное, - послышался слева кислый голос Генни.

Все тут же заполонил огонь.

Джинни упала в воду - и, тут же вынырнув, выскочила из ванной и отбежала подальше.

Генриетта тем временем рванула в большое скопление этих отростков, вокруг нее загорелось пламя, а затем все щупальца были сожжены.

Всего несколько секунд - и все закончилось.

Джинни сидела у стены, и громко дышала, только что пережив подобное. Какая-то тварь схватила, и судя по характерным действиям она явно не съесть ее хотела, а сделать что-то непотребное. Осознание подобного заставило ее задрожать всем телом.

– Эй, это не щупальца, - сказал Гермиона, подняв одну. – Это просто веревка и… вазелин…

– ПХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! – услышала Джинни громкий хохот из ванной, где продолжила лежать Паркинсон и ухахатываться. – Видели ли бы вы себя! Ой, не могу!

– Панси! Ты что тут устроила?!

– Да просто решила приколоться! – продолжила слизеринка смеяться. – Чуток заколдовала веревки и смазала их. Я подобное в одном японском комиксе у одного маглорожденного видела. Получилось неплохо, Великая Панси Повелительница Тентаклей!

– Сейчас ты будешь, «Повелительница ожогов третьей степени», - зарычала Поттер.

Генни сейчас выглядела довольно жутко с торчащими во все стороны волосами, светящимися глазами и, кажется, даже огнем, выходящим изо рта.

– И-и-и-и-и! Гермиона, спасай меня! – тут же подорвалась слизеринка и побежала от Генни.

– Бей ее, выпори эту гадину! Я тебе сейчас помогу. Веревок тут много, и она сразу смазана, - покивала Гермиона.

– Не-е-е-е-ет!

Джинни же огромными глазами смотрела на все это.

– Что тут творится? – только и сказала она, но на нее никто внимание не обращал.

Уизли поспешила поскорее одеться и свалить к чертям собачьим отсюда. Она зареклась вообще куда-то ходить и даже близко подходить к этой девке. Нервы надо сейчас чем-то подлечить.

Отойдя от ванны старост на приличное расстояние, ее начал отпускать испуг, и она немного успокоилась. Воспоминания о «тентаклях» все еще были свежи, но сейчас они дополнились еще и гневом на то, как дешево и глупо ее развели. Панси с самого начала все это спланировала, чтобы избавиться от нее и поиздеваться.