В решительных женщинах, конечно, есть что-то притягательное. Но Лайон бы предпочел, чтобы лично его сестра была нежной и скромной. Ведь за нее есть кому постоять.

— Зато ты никаких слов не давала. — проницательно заметил он. И наткнулся на лукавую улыбку, за которую можно было простить и молчание, и упрямство. — Ну хорошо. Я ничего стану делать за твоей спиной. А потому, хочу тебе кое о чем рассказать…

Алес насторожилась.

— Это еще о чем?

Как-то не хотелось, чтобы брат своей самодеятельностью испортил ей все планы.

Лайон задумчиво постучал пальцем по перилам, подбирая слова.

— Если кратко… То одна из лавок барона скоро перестанет приносить ему доход. Мне стоило больших усилий переманить лавочника в другое место. Пришлось выкупить небольшое помещение, дать Борсту крупную сумму под залог товара, но…

— К-кому?! — поперхнулась девушка. В памяти промелькнула сцена из кожевенной мастерской:

— Хочу предложить вам взаимовыгодное сотрудничество…

Собеседник кривит губы.

— Нет!

Второй мужчина мнется и произносит еле слышно:

— Борст… Не разумнее ли дослушать госпожу?

— Дослушать?! — у лавочника пробивается нервный смешок. — Да из-за этой самой «госпожи» мои дела и пошли под откос. Если бы барон поучил ее кулаками, вместо того, чтобы подавать на развод, то не впал бы в убыток. Который, в итоге, отразился на мне! Вот из-за кого арендную плату взвинтили до небес. А если покупатели узнают, что я имею дело с подобной дамой… Да они просто уйдут!

Алесия медленно выдохнула. Ну да… Она же не рассказывала брату, как ее отшили в мастерской. Похоже зря… Будет лавочник теперь думать, что был абсолютно прав, когда отказался от сделки с «бабой».

Вот же… Вроде вышло все почти так, как она хотела. И в то же время — совершенно не так!

— А смысл? — не удержалась она. — Карис все равно собирается продавать лавку.

Лайон хмыкнул.

— Без постоянного арендатора она сильно потеряет в цене.

— Тогда он может ее сдать.

— Только если вдвое уменьшит плату. Да и то… Уверен, Борст приложит все усилия, чтобы его любимое детище не досталось никому. Тем более, этот человек в большой обиде на барона, и кто знает, что он предпримет теперь, когда ему есть куда пойти…

Звучало неплохо. И Алесия решила задвинуть свои личные обиды подальше. Пусть Карис понервничает, выискивая деньги перед свадьбой. Пусть будет на взводе, когда она нанесет удар. А что до лавочника… Лавочника можно и простить.

Лавочник даже не подозревал, что был «великодушно» прощен. Но чужие ожидания он оправдал сполна. Стоило последнему тюку с вещами переместиться по новому адресу, как на лавку барона Кьярти внезапно началось нашествие крыс.

Мелкие серые твари грызли всё, от остатков мебели до стен. А все попытки выдворить их, оборачивались неудачей.

Борст же только ухмылялся про себя, и жаловался каждому, кто готов был слушать, что сам боролся с этой напастью много лет. Но когда особо жирная крыса едва не отгрызла ему нос… На этом месте слушатели ахали, и принимали решение обходить злополучную лавку стороной. Новых арендаторов так и не нашлось.

На какое-то время, новость о помолвке барона все же выбила Алесию из колеи. Она столько раз представляла, как приедет в столицу, как передаст записки намеченной «жертве», как разразится скандал… Но вдруг что-то пойдет не так?

Слишком уж много в ее плане недостатков и белых дыр. Будет либо оглушительный успех, либо полный провал. Третьего не дано. Однако придумать что-то более удачное девушке так и не удалось. А теперь и вовсе нет смысла отступать. Итак…

Первый шаг — подновить чернила в записках, чтобы те выглядели свежими.

Выполнено.

Несколько вечеров подряд она обводила пожелтевшие строчки. Медленно. До ломоты в запястье. Но результат того стоил. Три записки из восьми, выбранные для мести, выглядели так, что не придрался бы даже самый строгий критик. И заметно отличались от тех, что девушка оставила себе. Надо же подстраховаться на случай публичных разборок.

С «жертвой» было проще и одновременно сложнее. На эту роль подходило сразу несколько дам, но кто из них точно не спустит барону «наглость»? После долгих разговоров с братом, Алес решила остановиться на графине Роберон.