– Не выгонял, – спорил со мной хмурый мужчина. – Я только хотел, чтобы ты просто на время ушла и…не смотрела на всё это.

– Я бы и не смотрела, если бы ты не притащил эту дрянь в нашу постель, – ответила я. Руки снова стали дрожать. – Впрочем, так даже лучше. Я пришла и всё своими глазами увидела. Сколько ты так мне планировал наставлять рога? Пока я ими не пробила бы потолок и не испортила соседям ремонт?

Богдан шумно выдохнул. Не нравится тебе слушать, дорогой? А почему? Любишь кататься – люби и саночки возить!

– Надь, ну давай поговорим как взрослые люди?

– Давай, – повела я плечом. – Значит, так. В этой чертовой квартире я никогда в жизни не останусь. Лучше на вокзале. Оставил он мне её, поглядите-ка, как трогательная забота. Засунь эту квартиру туда, куда ты Анфису любил, ведь она такая раскрепощённая у нас. А меня оставь в покое. Мне от тебя ничего не надо, ясно? Неужели ты считаешь, что после того, что я здесь увидела, я смогу жить в этой квартире? Более изящной пытки сложно было мне предложить!

– И куда ты пойдёшь, интересно знать? – сузил глаза Богдан. – Я в курсе, что ты у матери отсиживалась.

– Ты ещё и следил за мной?

– Должен же я знать был, куда ты побежала отсюда.

– Зачем?

– Я волновался.

– А как же Анфиса? Вы же не доделали?

– Надь, да прекрати ты сюда её плести!

– Значит, ты заботился о своей рогатой супруге?

– Надя!

– Так трогательно, что я сейчас разрыдаюсь, – смотрела я на него. А слёз при этом не было вовсе. Откуда-то взялась во мне дикая злость, которая заставила меня держать голову высоко поднятой. – Повторяю ещё раз, читай по губам: я не останусь в твоей чёртвой квартире.

Я вернулась к вещам. Быстрее бы всё собрать и уйти.

Богдан поджал губы.

– Тебе же некуда идти, Надь. Не дури.

– Уже есть, – ответила я, не отрываясь от сбора вещей.

– Куда это? – обалдел Богдан.

– А тебе всё скажи, – усмехнулась я. – Мир не без добрых людей оказался! Это уж не твоё дело, милый мой, куда я пойду. У Анфиски своей теперь отчёты о передвижениях требуй, а не у меня.

Богдан подошёл ко мне, развернул к себе за плечи и тряхнул.

– Куда ты собралась, Надя? – Карие глаза впились в моё лицо.

– Какая тебе разница? – тем же тоном выплюнула я ему в лицо, начиная дрожать в его руках. Ну зачем, зачем он позволяет себе касаться меня? Как же дико больно… Но вырваться не выходило, такого медведя разве переборешь…

– Ты что – себе любовника нашла за моей спиной? – спросил он, сжав мои плечи теснее. – К кому это ты так скоро собралась?

Я в ответ нервно рассмеялась.

– Верно говорят, что все по себе других судят, – сказала я ему, напрягая руки изо всех сил, чтобы увеличить расстояние между нами. – В чём сам грешен, то и мне приписываешь? Но нет… Рогатая здесь только я. Да пусти, чёрт тебя возьми! Анфиску свою лапай.

Мне удалось лягнуть его ногой, и Богдан всё же убрал свои руки и выпустил меня.

– Не прикасайся, – прошипела я. – Никогда больше не прикасайся ко мне, ты слышишь? Мне противно.

Богдан смотрел так, словно я ударила его. Больно слышать? Почему? Ты, кажется, сделал свой выбор.

– Я подала на развод, – оповестила я его. – Вещи заберу и уйду. Квартира мне твоя не нужна. Ни на что не претендую. Просто оставь меня в покое раз и навсегда.

Вместо ответа Богдан снова шагнул ко мне…

Трогать меня он не стал, но встал очень близко, почти прижав меня к стене и нависнув надо мной.

– Куда ты идёшь? – Голос его стал низким и опасным. – Адрес.

– Я тебе его не скажу, – ответила я, хотя на самом деле еле поборола в себе дрожь от его близости и напора. – Ты больше не входишь в круг тех людей, которые будут знать мой адрес.

Я не ожидала, что встречу тут Богдана, совершенно не была к этому готова, и уж тем более, не думала, что бывший муж закатит мне сцену…ревности? Он же ревнует! Никогда его таким не видела. Но раньше я никогда не давала повода. Хотела, чтобы муж всегда был мною доволен и ни в коем случае не стала бы его злить общением с другими мужчинами. Оно сводилось лишь к формату поздоровался-ушёл. А сейчас он явно думает, что я иду на квартиру к какому-то мужчине. Я даже внезапно усмехнулась, чем явно разозлила мужа ещё больше.

А ты ведь не так уж и не прав. Если бы ты только знал, на чью квартиру я иду…

Если Богдан узнает, что это Ренат, то сойдёт с ума. Ренат – единственный, кто ещё вызывал в нём приступы ревности, но это бывало очень редко, после чего я, как верная жена, в постели доказывала ему, что только его женщина… Но сегодня я ничего доказывать ему не стану. Пусть бесится… Он не знает, что обо мне позаботился его младший брат, и я просвещать его на эту тему не стану, но мне от этой мысли об этом стало горячо и приятно.