— Что ж, тогда смотри, — я подошёл к её «жнецу», дотронулся до него и поднял его уже в виде умертвия.

— Ох, — не сдержала удивлённого возгласа Октавия, — он и правда вновь двигается… это действительно живой труп?

Я кивнул.

— Точнее будет назвать его умертвием.

— Не химера? — переспросила она огорчённо.

Я засмеялся.

— Извини, Октавия. Ты, конечно, хорошо поработала над своими куклами. Но до настоящей химеры им далеко.

На секунду она надула губы, но быстро отбросила свои обиды в сторону. Слишком уж была в восторге от увиденного.

Она подходила к жнецу, дотрагивалась до него, пыталась подчинить. Я даже чувствовал те крохи её некро-дара, которыми она пыталась перехватить у меня управление.

Но, в конце концов, она сдалась.

— Что бы это ни было, но это точно больше не моя кукла. Я не могу им управлять. И жизни в этом существе тоже не чувствую. А ты можешь ему приказывать? Пусть он… ну хотя бы подпрыгнет пять раз.

Улыбнувшись, я приказал умертвию выполнить её пожелание. И, похоже, это окончательно её убедило.

— Поверить не могу… — потрясённо прокомментировала она, — я столько лет мечтала увидеть некромантию в действии. А теперь… я даже не знаю, что сказать.

Она замолчала, явно пытаясь всё переварить. Я не торопил.

Тем более, что больше никакой агрессии или враждебности она не проявляла. И я знал, что это не потому, что я оставил её почти без сил. У магов такого ранга всегда есть в запасе какие-то трюки.

Особенно, когда они находятся на своей территории.

Уверен, что в этой комнате помимо черепов-безделушек, найдутся и настоящие боевые артефакты, которые она бы могла пустить в ход.

Но не стала.

Вместо этого Октавия неожиданно предложила:

— Макс, ты удивил меня. И это мягко сказано! Мне даже немного неудобно, что я пригласила тебя в гости так, — она замялась, — так настойчиво. Но я готова отплатить тебе экскурсией по моему музею! Не только ты собираешь старинные знания, уверена, что я тоже смогу тебя удивить. Все экспонаты там связаны с некромантами или даже непосредственно с Рихтерами.

Она говорила так воодушевлённо, словно хвасталась и в то же время ждала от меня похвалы.

Что ж, попасть в её музей изначально было одной из моих целей.

Так что я не видел смысла отказываться от такого предложения.

Тем более что торопиться нам было некуда. По настроению Октавии я видел, что она как и я, теперь настроена на долгий разговор.

И я уже даже не был уверен, у кого из нас накопилось больше вопросов.

— С удовольствием взгляну на то, что ты собирала долгие годы. Уверен, это впечатляющая коллекция, — слегка польстил я ей, — только ты уверена, что нижнее бельё — подходящая форма для прогулки по музею?

Октавия мгновенно покраснела как помидор и, кажется, только сейчас вспомнила, что на мне одни трусы, а она всё ещё в образе БДСМ-госпожи.

Она снова непроизвольно опустила взгляд вниз, к моему паху, и покраснела ещё больше. Казалось ещё чуть-чуть, и из ушей красотки Сципион повалит настоящий пар.

Но всё-таки она взяла себя в руки и попыталась принять самый что ни на есть невозмутимый вид. Правда, дрожащий голос выдал её с потрохами.

— Разумеется, — ответила она, — сейчас твою одежду принесут. И пожалуй, я тоже переоденусь.

Круто развернувшись, она убежала прочь из комнаты.

В то время как ровно через минут, сюда вновь сбежались уже знакомые мне служанки.

— Давайте мы поможем? — чуть ли не хором начали предлагать они.

Смена обстоятельств моего пленения, похоже, их ничуть не удивляла.

— Оставьте одежду и можете идти, — сдержанно послал их я.

И они тут же последовали моему указанию.

А я обнаружил, что за то время, пока мы с Октавией знакомились, служанки умудрились отпарить и разгладить мой костюм, который не мог не помяться в дороге.

Так что через пару минут я выглядел так, будто только что вышел из дома.

А совсем скоро в комнате появилась и Октавия.

На этот раз она надела длинное чёрное вечернее платье с глубоким декольте.

И, несмотря на её низкий рост, посмотреть там было на что. Здесь природа размером её не обделила.

Девушка была изящной, словно кукла. А удивительно светлая, почти белая кожа окончательно делала её похожей на искусную статуэтку руки кого-то из гениев прошлого.

Хотя сама она, очевидно, больше хотела продемонстрировать своё золотое колье, разумеется, с черепом.