Я засучил рукава и принялся за дело, потратив пару часов на то, чтобы все обдумать, а заодно съел несколько батончиков мюсли, которые хранил в своем столе. После того, как расписание было вписано в календарь, я включил компьютер и просмотрел электронные письма, которые игнорировал всю прошлую неделю.

Большинство из них были удалены, и я почти закончил, когда комнату заполнил звук входящего сообщения.

Это было электронное письмо от моего риелтора, и я сразу же нажал на него, чтобы прочитать сообщение.

— Да. — Я сжал кулак и дважды щелкнул по вложению. В этот момент зазвонил мой телефон. — Привет, — ответил я. — Я только что открыл твое электронное письмо.

— Хорошо, — сказала она. — Я хотела позвонить и убедиться, что все прошло успешно и у тебя не возникло никаких вопросов по поводу сделки купли-продажи.

— Кажется, все просто. — Продавцы приняли мое предложение с некоторыми разумными оговорками. Это означало, что пришло время рассказать моей семье о том, чем я занимался, и надеяться, что они не взбесятся, узнав, что я делал это за их спиной. — Я подпишу это сегодня и отправлю обратно.

— Звучит потрясающе. Спасибо, Истон. И прими мои поздравления.

— Спасибо. — Я повесил трубку и внимательно прочитал соглашение.

Дверь в мой кабинет открылась, и я поднял взгляд, ожидая увидеть Рори.

Но это была Джемма, прислонившаяся к косяку.

— Так вот где ты прячешься?

Я нахмурился.

— Где твоя куртка?

— Это моя куртка. — Она указала на черную кожаную куртку, в которой приходила ко мне домой. Она была недостаточно плотной или теплой для такой погоды.

— Вот. — Я встал и снял с крючков фланелевую рубашку. Она будет ей велика, но, по крайней мере, придаст больше тепла.

— Это твой способ сказать мне, чтобы я уходила? — Она приподняла бровь, когда я протянул ей рубашку.

— Нет. — В моей голове все еще царил беспорядок, когда дело касалось ее, и работа не помогала, но я не стал ее прогонять. Она выглядела слишком красивой, ее щеки порозовели от холода на улице, а губы приобрели более темный оттенок естественного розового от моих поцелуев прошлой ночью.

Она вошла в кабинет, закрыла за собой дверь и села на стул напротив моего стола.

— Ты ушел, не разбудив меня сегодня утром.

— Ты поэтому здесь?

— Да. — Она сделала глубокий вдох. — Я должна еще раз извиниться перед тобой за вчерашний вечер. Я слишком много наговорила, и мне жаль. Мне неприятно, что ты видел, как я плакала.

Эта женщина. Она притворялась, что все в порядке. Хотя это не так. Когда же она поймет, что ей не нужно притворяться рядом со мной?

— Все в порядке, Джемма.

— На самом деле это не так. Я прошу прощения за излишний драматизм. — Она сложила руки на коленях, сохраняя нейтральное выражение лица и спокойную позу. Ее волосы были уложены в прическу, завитые свободными волнами, которые ниспадали на плечи и спину. Ее глаза были подведены черным и слегка мерцали.

Этим утром она выглядела великолепно. Шикарно.

И будто в боевой готовности.

Черт возьми. Она действительно сводила меня с ума. Я покачал головой, раздраженный и расстроенный.

— Не надо. Просто… прекрати.

— Что прекратить?

— Прекрати извиняться, — рявкнул я. — Мне не нужны твои гребаные извинения.

— Не бери в голову. — Она подняла руки и встала со стула, оставив фланель перекинутой через подлокотник. — Я позволю тебе вернуться к работе. Очевидно, я тебе мешаю.

Она была уже в двух шагах от двери, когда я вскочил со стула и погнался за ней.

— О нет, не надо. — Я схватил ее за локоть и развернул лицом к себе. — Ты не сможешь убежать от меня.

— Ты только что набросился на меня. — Она махнула рукой в сторону кабинета. — Я не убегаю. Я даю тебе остыть.

— Ну, а я не хочу остывать. Мне плевать на эту драму. В кои-то веки было приятно тебя увидеть. Настоящую тебя, без всего… — я взмахнул запястьем, обводя ее тело вверх и вниз, — этого.

— Без одежды? Уверена, что прошлой ночью ты видел меня без одежды.

— Нет. — Я нахмурился. — Без доспехов.

— О.

— Будь откровенна со мной. — Я придвинулся ближе, положив руки ей на плечи. — Если больше не с кем, будь искренней со мной.