– Пусть так. Но ты все-таки рассказывай нормально и без красноты на лице. Тебе, в конце концов, не три года, чтобы тушеваться на ровном месте.

– Ладно, – буркнула я, но все же залилась краской, в деталях рассказывая свою душещипательную историю. А закончив, принялась ждать от подруг поддержки и дельных советов.

– Вот козёл! – стукнула рукой по столу Леся.

– Артем? Нет, – покачала я головой. – Он хуже: сволочь, гад. Скотина!

– Мудак! Это же надо было такое предложить? – скривилась Полина. – И как совести вообще хватило?

– Так, погодите! – подняла руки вверх Люба, призывая всех к молчанию. А затем перевела на меня испытующий взгляд и спросила: – Тая, а вот ты скажи нам, этот твой Гора-Жора, он вообще, как в постели тебе запомнился? Только отвечай честно.

– Причем тут это? – ошарашенно округлила я глаза и даже икнула.

– Притом! – Люба облокотилась на спинку стула, крутя между пальцев бокал, вернее ножку от него. – Что может твой Сергей Антонович Артёмов дело говорит.

– Чего? – охнули мы с Лесей в один голос.

– Того! Работа хорошая на дороге не валяется, Тай.

– И что мне теперь за это ноги перед мудаками раздвигать? – насупилась я, поражаясь заявлению подруги.

– Так ты уже их, милая моя, перед ним раздвинула. Подумаешь: разом больше, разом меньше, – как бы намекнула Люба. И глаза закатила с таким видом, будто ничего в высшей степени дикого она мне не предложила.

– Люб! – прошипела я. – Ты в своем уме? Ты чего такое мне тут советуешь вообще? Окстись, Люб!

– Это ты сними белое пальто, подруга. Или зачем все мы здесь сегодня собрались, м-м? Да потому что тебе элементарно совесть не позволяет самостоятельно прийти к единственному верному выходу из этой западни. Так что давай говорить честно и открыто: Бессонов ничего тебе не даст, пока ты сама ему не дашь. И это факт. И от него никуда не деться. Так? Так! А ты с ним уже была. И тебе, на мою память, все понравилось. Тем более, что и на лицо он у мамы с папой симпатичный получился.

– Да ты прикалываешься? – окончательно выпала я в нерастворимый осадок.

– Ну так-то в словах Любы есть резон, Тай. Если тебе реально нужно получить его согласие на интервью, то соглашайся. Ну, действительно, а что тебе терять? – выдала Полина, и я совсем сникла. Надо же, как всем резко захотелось сплавить меня под асфальтоукладчик в лице гада Бессонова. Замечательно. Просто великолепно!

– Девочки, але, он меня использовал! – напомнила я. Кошкина же пожала плечами, взяла бутылку с вином и разлила всем новую порцию.

– А теперь его используешь ты, – подняла указательный палец вверх Полина.

– Да и скажем так, тогда, год назад, ведь ты и сама была не против попасть в его сети, – добила окончательно Леся. Она несколько раз тыкал меня этим, что мол Артем не виноват, что ему дурочка попалась. Согласна, может, я в то время, и не блистала умом и сообразительностью, однако подруги на то и подруги, чтобы оставаться на моей стороне, а не топить.

– Я была жертвой обстоятельств.

– Сексуальных, – хохотнула Люба и девочки засмеялись. – Надеюсь, размерчик там у него хороший был?

– Судя по полуголым фоткам Беса, – подхватила Поля томно, – у него там что надо.

– И это при наличии жениха! – покачала головой Леся. У Полны, в самом деле, был молодой человек, который планировал на ней жениться. Пока без кольца планировал, и без своей жилплощади, зато любил он ее ого-го как! И никогда не врал, в отличие от проклятого Бессонова. Чтобы ему там икалось.

– Слушайте, у меня тут вопрос жизни и смерти ребром стоит, а вы трусы Артема обсуждаете. Вам не стыдно?

– Не-а, – рассмеялись в унисон Леся и Полина.

– Да нормально все будет, – толкнула меня локтем в бок Кошкина. – Переспи с ним разок и дело с концом. Пф-ф-ф, нашла вообще, из-за чего голову греть. Чай, уже больше не девственница.

– Люб, он меня с дерьмом смешал! Трахнул и ушел в закат, пока я сердце по осколкам собирала и кропотливо клеила его целый год. А теперь что, снова лезть в это грязное болото? Да я вас умоляю… – я аж поднялась со стула и принялась расхаживать из угла в угол.

– Но сейчас от него зависит твоя карьера. Да и ты сама мне говорила, что тебе на него давно фиолетово. Просто раздвинь ноги, подруга, и вообрази, что тебе делает хорошо не Бессонов, а Райан Гослинг.

– Люба!

– Слушай, Тай, ну а какие еще есть варианты, кроме этого? Да и все мы помним, что тебе с ним тогда все понравилось, – мягко произнесла Полина. И она туда же. Да, первый день я пела соловьем, как было круто и какой Артем, в те времена Сергей, был хороший, обходительный и нежный. Тогда он реально вел себя словно герой, сошедший со страниц любовного романа. И я поверила, развесив уши, но это же не значит, что мне будет приятно добровольно лечь с ним в кровать во второй раз.

Не хочу. Не могу. Не буду!