– Обязательно. Как только поднимемся.

Её придушенный смех так и продолжал сотрясать тело.

– Ты дурак, Артур Грэйндж. – Она крепко вцепилась в его кофту на спине.

Что-то в этом определенно есть, да.

– Я слишком долго был без секса. – Он стремительно пролетел второй этаж и половину пути к третьему.

Сзади послышался новый приступ хохота. Где-то на стене всё-таки загорелась лампочка, реагирующая на движение и освещающая путь.

Последний пролёт остался позади, а дыхание даже не сбилось. Адреналин способен делать из людей монстров. На площадке этажа оказались две двери, Артур осторожно спустил немаленькую ношу на пол, она покачнулась, привалилась к его плечу и, продолжая посмеиваться, открыла сумочку. Вытянула из неё ключ, метнулась к правой двери и щелкнула замком.

Путь в тартар открылся. Келли схватила его за рукав и втащила в крохотную студию. В свете фонарей, подающем в окна, обозначились кухонная зона, матрас на полу и шкаф. Келли швырнула сумку на пол. Дверь захлопнулась.

Секунда, и ловкие пальцы оказались на пряжке его ремня.

Вторая, и ремень ослаб.

Третья, и эти тонкие, но уверенные ручки прижали Артура к стене и снова скользнули вниз, к молнии на джинсах. По коже побежали мурашки, пульс разогнался в венах, адреналин начал покидать тело. Осталось только одно желание – подчиняться этим рукам.

Мучительно медленно потянув собачку молнии вниз, Келли прижалась к нему всем телом и прихватила зубами мочку уха.

– Никаких отношений, – прошелестел её шёпот как последнее напоминание.

Она просто идеальна. Артур запустил пальцы в её длинные влажные волосы, намотал их на кулак и заставил её повернуться.

– Никаких. – Впился в мягкие губы.

Шаг, два, и матрас оказался под ногами. Келли оборвала поцелуй.

– Один раз – и расходимся. – Она предупреждающе вдавила палец в его грудь и сбросила с ног ботинки.

Еще ни одна девушка в его жизни не была так прагматична. Артур ухмыльнулся.

– Один, серьёзно? – Он забросил руки за голову и стянул с себя джемпер. – То есть вот такое впечатление я произвожу? – Швырнул мокрую тряпку на пол. По голой коже прошёлся холодок.

А Келли закатила глаза.

– Ладно, два.

– Три – и расходимся.

Она жадно провела ладонями по его груди, согревая и прожигая её.

– Начинай. – Снова залепила ему рот, потянула на себя, и они вместе рухнули на матрас.

Отлично придумано. Не придётся падать с высоты кровати. Артур встал на колени, подцепил край её свитера, и Келли легко выпуталась из отяжелевшей от воды ткани. На её правом боку и правой руке показалась та самая татуировка с фотографии. Тонкое плетение веточек, мелких цветов и тёмных ягод от запястья до плеча. Артур прижался губами к её шее и проложил дорожку к ключицам. По комнате пролетел будоражащий, протяжный стон. Артур скользнул губами ниже, к идеальному впалому животу c пирсингом в пупке, поддел юбку и всё, что ещё смог нащупать, и потащил вниз по длинным тонким ногам.

Бесконечным ногам.

Все её тряпки улетели туда же, куда и остальная одежда. Артур выпрямился и во все глаза уставился на фигуру под собой.

Тонкую, вытянутую, длинную и очень хрупкую фигуру. Цветные волосы разметались по одеялу, Келли импульсивно сложила руки на груди, а от правого бедра до самой щиколотки протянулось такое же, как на руке и рёбрах, плетение чёрных чернил. В потемневших глазах застыли ожидание и нетерпение.

Артур рвано выдохнул. Лёгкие сдавило от этого зрелища. Дыхание перехватило, по венам побежало чистое электричество.

– Какая же ты охренительная… – Он зажал губы кулаком и снова жадно осмотрел это тело лесной нимфы. Откуда бы ни пришла идея так разрисовать себя, она потрясная.

Но Келли только фыркнула.

– Ты всем это говоришь. – Она приподнялась на локтях.

Наивная.

– Я не настолько галантный. Но ты реально просто охренительная. – Артур потянулся к карману, достал пачку презервативов и бросил на одеяло. – Твой папа-художник создал шедевр, так ему и передай. – Он наклонился, поцеловал плоский живот и начал спускаться ниже, оставляя след от губ на мягкой коже. – Зря не пошла в стрип.

Келли снова расхохоталась.

Но смех быстро сменился рваным стоном, она выгнула спину, а пальцы запутались в его волосах.

***

Из тела вытекли все силы. И душа вместе с ними.

Остались только усталость и полное удовлетворение жизнью.

Если утром получится хотя бы сползти с матраса, это будет успех.

Келли перевернулась на живот, обняла подушку и уткнулась в неё носом. Одним глазом проследила, как Артур поднялся на ноги и принялся в свете фонарей собирать с пола свои вещи. Совершенно голый. Абсолютно прекрасный. От развитых трапеций на спине до сильных голеней. Аналогия с породистым скакуном только окрепла за этот… час? Полтора?