Алекс не отступает.

– Ты вроде бы хотел нанять кого-то, чтобы хижину посторожили летом.

Святоша наклоняет голову, прихлебывает пиво.

– Да. Точно.

– А тебя там не будет? – Я тереблю соломинку в бокале.

Сент-Джеймс становится задумчивым и кривит губы.

– Обычно я возвращаюсь в Канаду каждое лето, но не представляю, получится ли в этом году. И мне реально нужен человек, который позаботится о доме. – Он кидает на Алекса тяжелый взгляд, дескать, какого черта ты задумал?

Уставившись на приятеля, Алекс говорит:

– Аспен – ассистентка босса. Она ответственная, исполнительная. Аспен может запросто выполнять кучу заданий. И это у нее получается лучше всего. Правильно?

– Э-э-э, я… да, наверное.

– Аспен нужно где-то перекантоваться до осени. А ты нуждаешься в человеке, который будет караулить коттедж. – Алекс откидывается на спинку диванчика, скрещивая массивные руки на широкой груди. – Беспроигрышный вариант.

– Насколько далеко Оттава?

Подождите, я что, реально рассматриваю подобный вариант?

Домик у озера в моем полном распоряжении за сотни миль от проблем и праздника любви Иден и Холта?

О да, еще как рассматриваю.

– Если честно, это не совсем в Оттаве, а возле маленького городка на юге Онтарио, – объясняет Алекс. – Шесть часов на машине. Добраться легко. Вполне выполнимо.

Я киваю. За шесть часов я могла бы прослушать аудиокнигу или несколько эпизодов любимого подкаста. Разумеется, время от времени необходимо делать остановки, чтобы сходить в туалет и поесть, но Алекс прав – задача не особо сложная. А Иден, конечно, не будет возражать, если я поработаю удаленно. Особенно в межсезонье.

Но из всего вышеперечисленного вытекает вопрос: откуда Алекс так много знает о хижине Святоши? И почему хозяин домика помалкивает?

Я пристально смотрю на Святошу.

– Не подумай, что я против тебя, Аспен, – мнется Святоша и буравит Алекса сердитым взглядом. – Хотя человек, который должен караулить коттедж… он… ну… – Парень чешет висок.

– Хватит, чувак! Аспен может сверяться со списком дел.

Они явно разговаривают о чем-то своем. Я нервно сглатываю, наблюдая за мужской перепалкой, словно за увлекательной игрой в пинг-понг.

– Там надо делать много физической работы, – осторожно говорит Святоша. – Придется тяжело. Надо косить траву. Заготавливать дрова на тот случай, если я приеду туда позже, к примеру, осенью или даже зимой. Заменять воздушные фильтры. И разбираться в прочих хозяйственных вещах подобного рода.

– Вот почему там буду я. Тяжелая работа – на мне. Я могу приехать на следующие выходные и легко все переделать.

Подождите, что?

У меня отвисает челюсть, а Алекс продолжает:

– И сколько платят за роль смотрителя… пять тысяч долларов?

– Две тысячи, – поправляет Сент-Джеймс и прищуривается.

– Более чем щедро, – встреваю я.

Спортсмены разворачиваются ко мне, наконец-то прерывая разговор.

– Аспен. – Алекс улыбается. – Что думаешь?

– Я… – На мгновение замираю, подыскивая слова. – С радостью соглашусь на должность, если Святоша…

– Тогда решено. – Алекс сияет и нежно похлопывает меня по колену.

Прикосновение мужчины вызывает в всем моем теле волну дрожи. Проклятье.

– Поздравляю, Пугливая Капустка! – усмехается Святоша, но в его глазах появляется озадаченное выражение. – Похоже, ты мой новый смотри- тель.

Я едва перевариваю крепкое рукопожатие Сент- Джеймса и почти не воспринимаю его реплику, которую он бросает перед тем, как спуститься по лестнице. Кажется, он говорит о выпивке. И добавляет, что пришлет мне подробности по электронной почте.

Именно. Подробности. О моем временном жилье.

Что? Я согласилась?

– Вот и все. – Алекс снова откидывается на спинку диванчика, принимая непринужденную позу. Почти дерзкую.

– Я не просила тебя ни о чем таком. Но… спасибо.

Он пожимает плечами, переводит взгляд на пиво.

– Это лучше, чем жить с Иден и видеть, как тебе тычут любовью в лицо, правда?

– Да уж, – бормочу я. Сегодняшний вечер получился… насыщенным. Возможно, мне пора завязывать, пока я еще на коне. – Мне пора.

– Я составлю тебе компанию.

Алекс следует за мной по пятам, и внизу я практически врезаюсь в Холта. Тот ловко поднимает бокал над моей головой и, к счастью, не проливает ни капли.