Шрифт:
Идея воспитания резерва для команды в своей республике не вызывает сомнений. Но не так уж просто ее реализовать, особенно если приходится не дожидаться, пока растение само поднимется над землей, а тащить его за стебель из почвы. Казалось бы, полтора с лишним десятка команд — это большой резерв. Выбирай самых одаренных и включай в состав. Но тут выясняется, что одаренность довольно трудно измерить, а вот физические кондиции у воспитанников второй лиги явно слабее, чем надо, техника хромает на обе ноги, тактическое мышление не сравнимо со стандартами высшей лиги.
Дело в том, что тренеры этих скромных футбольных клубов заметно уступают по уровню подготовки тренерам футбольной элиты страны, а следовательно, отстают и их питомцы. Да к тому же если и появится в такой городской команде игрок- самородок, то никто не поспешит передавать его в «Пахтакор» — самим тоже хочется выигрывать. Еще и запугают своего ученика: в высшей лиге, мол нагрузки непереносимые и в дубле насидишься вдосталь... Это позиция местническая, мы ее осуждаем, боремся с ней, но она, к сожалению, живуча.
И вообще я хочу вам сказать, что слишком простое решение вопроса в футболе нередко оборачивается непоправимой ошибкой.
Так вот Сергей Михайлович Мосягин, в бытность свою старшим тренером «Пахтакора», за недолгий срок пригласил в состав, заявил на участие в играх 37 человек (I). А через два-три месяца отчислил многих из них. Это уже не команда, а караван-сарай.
Жесткий, приказной тон тренера, нетерпимость к возражениям, излишне свободное манипулирование людьми — все это вызвало, как говорят в медицине, реакцию отторжения.
Футбольная команда, даже самая стабильная, сыгранная, устоявшаяся, никогда не бывает застывшим до окостенелости организмом. Каждый сезон, а порою и гораздо чаще кто-то приходит, кто-то уходит, кто-то приживается и становится своим человеком, а кого-то эта подвижная, изменчивая, но достаточно упругая среда выталкивает, кто-то проводит всю свою футбольную жизнь на периферии человеческого интереса, а кто-то сразу оказывается в центре внимания.
По-всякому складываются судьбы. Но только сумма судеб может стать командой.
«Пахтакор» после августа 1979 года — это не результат обычного стечения многих обстоятельств и соединения разных индивидуальностей. Здесь все нормальные процессы были сжаты во времени едва ли не до предела. Создание команды уложилось в невероятно короткий срок
Считается, что театру отпущено определенное количество лет жизни, как и человеку. Он в муках рождается, проходит период детских игр, переживает первую, а затем и все прочие влюбленности, мужает, начинает клониться к закату и наконец умирает. Правда, сам этого иногда не замечает — билеты продаются, афиши выпускаются, зал заполняется (часто с помощью культпоходов), актеры вечерами выходят на сцену... Но это уже не живой организм, не искусство.
Футбольная команда — совсем другое явление. Жизнь в ней поддерживается постоянной сменой действующих лиц в декораций. Но ведь знаем же мы некогда гремевшие литаврами футбольные клубы, которые теперь тихо прозябают в конце турнирной таблицы. Ивой раз даже кажется, что лучше было бы иным из них отправиться в первую лигу, там собраться с силами, возродить былое честолюбие, зарядиться мечтой в вновь вынырнуть на поверхность, но уже обновленными, свежими, энергичными.
Так бывало в в судьбе «Пахтакора», который то падал, то поднимался во весь рост. Но на этот раз случилось такое, чего не бывает. Команда, погибнув, не исчезла.
Пришли новые люди, явились новые герои для этого и будущих повествований (уж во всяком случае, газетных футбольных отчетов). Это совсем другие игроки. Но все вместе они «Пахтакор». Они уловили, унаследовали, переосмыслили и воплотили в своей игре то лучшее, что отличало «Пахтакор» от прочих известных клубов. Они творят футбол, и футбол творит их.
У него труднопроизносимое имя-отчество — Ипггван Иожефович. В прошлом известный игрок киевского «Динамо», ЦСКА. «Черноморца». Тренировал тот же «Черноморец», «Памир» (Душанбе), «Карпаты» (Львов).
Венгр по национальности, родом из Закарпатья, он в обыденной ситуации изысканно вежлив, немногословен, корректен. Откровенное честолюбие органично сочетается в нем со стремлением делать свое дело максимально чистыми руками, быть предельно осторожным в выборе слов и средств. Непорядочности не прощает, хотя к неумышленным ошибкам относится терпимо, С игроками строг, но при этом чрезвычайно внимательно относится к душевному и физическому состоянию своих подопечных.
Надо видеть лицо его, когда он после финального свистка судьи, возвещающего победу «Пахтакора», поднимается со скамейки запасных, где в пиджаке и белой рубашке под галстуком неподвижно отсиживает всю игру, и идет по беговой дорожке к выходу со стадиона! Счастливое лицо человека, славно поработавшего и честно добывшего свою удачу.